Трилогия

А Алида идет к нему, Асле кладет руку ей на плечо, и они выходят на улицу, и оба не говорят ни слова, пока не выходят во двор, там они останавливаются, и Асле снимает руку с плеча Алиды

Ты Асле, говорит Алида

А ты Алида, говорит Асле

и оба опять умолкают

Раньше-то мы никогда не разговаривали, говорит Асле

Нет, говорит Алида

и так они стоят, опять молчком

Но я видела тебя раньше, говорит Алида

И я тебя тоже, говорит Асле

и опять они стоят молча

Ты так хорошо играл, говорит Алида

Спасибо тебе, говорит Асле

Я в прислугах тут, в Лейте, говорит Алида

И нынче подавала на свадьбе, но теперь начались танцы, и я свободна, говорит она

Мамаша моя тоже была тут прислугой, говорит Асле

Может, погуляем, говорит он

Давай, говорит Алида

Вон там, подальше, есть пригорок, откуда хорошо видно море, говорит она

Пойдем туда, говорит она

Да, давай, говорит Асле

и они бок о бок идут туда, Алида показывает рукой и говорит, что вон там Пригорок, откуда видать море, а когда стоишь на Пригорке, усадьбу Лейте и тамошние дома не видать, и это хорошо, говорит она

У тебя нет братьев-сестер, говорит Алида

Нет, отвечает Асле

А у меня есть сестра, Улина ее зовут, говорит Алида

Но мне сестра Улина не по душе, говорит она

А у тебя и отец есть, и мать, говорит она

Да, говорит Асле

У меня тоже были и мать, и отец, но потом отец ушел и сгинул, много лет назад, говорит Алида

Никто не знает, что с ним приключилось, говорит она

Н-да, говорит Асле

Он просто сгинул, говорит Алида

и они поднимаются на Пригорок, садятся там на большой плоский камень

Я тебе кое-что скажу, говорит Алида

Ладно, говорит Асле

Когда ты играл, говорит она

Да, говорит Асле

Когда ты играл, я слышала, как поет мой отец, говорит Алида

Когда я была маленькая, он всегда пел для меня, говорит она

И это единственное, что я помню о моем отце, об Аслаке, говорит она

Я помню его голос, говорит она

И голос его так похож на твою игру, говорит она

и придвигается поближе к Асле, и вот так оба сидят, не говоря ни слова

Ты правда Алида, говорит он

Алида, ну и что с того, говорит она

и легонько улыбается, а потом говорит, что ей было всего-то три года, когда отец, Аслак, ушел, чтобы никогда больше не вернуться, и память о его песнях – единственное ее воспоминание о нем, говорит она, однако ж непонятно почему, когда Асле играл, она услышала в его музыке голос Аслака, говорит Алида, кладет голову на плечо Асле и н