Ныряльщица за жемчугом

Не то что в фигурном катании, где ее все дразнят слоненком.

А мама – та еще поймет, что была неправа. Когда Изабель станет в синхронном плавании самой-самой знаменитой чемпионкой.

Глава вторая

– Только квартирным вопросом занимайся сама, – сразу заявил Полуянов.

– Димочка, а я разве против? – удивилась Надя.

Она настолько была рада, что журналист наконец предложил съехаться, соединить жилплощадь и судьбы, что и коробки во время переезда готова таскать – лишь бы любимый не передумал.

А продать две маленькие квартиры и купить одну большую взамен вообще, казалось Митрофановой, элементарное дело.

Народ ведь у нас все больше разъезжается, «рубит» трех-четырехкомнатные на маленькие «однушки» с «двушками».

Надя решила, что даже без риелтора обойдется, – зачем лишние деньги тратить? – и сама подала объявления.

Ох и веселье началось, когда их опубликовали! Шквал звонков, толпы народу – по телефону вдохновенно врали, что покупатели, а на деле оказывались риелторами. Квартиры даже толком не рассматривали, немедленно заводили одну и ту же песню:

– Дом старый, подъезд грязный, планировка устаревшая.

Нужно цену снижать, причем радикально. А то очередной жилищный кризис грянет, вообще тогда останетесь у разбитого корыта.

Но Надя-то мечтала на вырученные деньги хорошую четырехкомнатную купить. Да еще чтобы на переезд хватило, на ремонт, пусть минимальный. Неужели из затеи ничего не получится?

– Не нравятся никому наши квартиры, – грустно докладывала она Полуянову.

А тот вроде и не расстраивался. Наде вообще уже начало казаться, что Димка будет рад, если из их обмена ничего не получится. Зря, похоже, она понадеялась на обручальное кольцо и, в ближайшей перспективе, на младенца.

Димке претензий пока не высказывала – страдала молча.

Но Полуянов удивил.

Однажды вечером вдруг явился вместе с дядечкой крошечного росточка, патлатым, немытым, картавым.

– Вот, Надюха, знакомься, – представил он его, – Аскольд Иванович.

Лучший в Москве «черный маклер» и вообще гений квартирных афер.

– Афер? – опешила девушка.

– В хог’ошем смысле, – по-ленински раскатывая «р», заверил сомнительный тип. И – как Ильич! – хитро подмигнул: – Давай, Надежда, уж не знаю, Константиновна ты по батюшке или кто, собирай на стол. Сделочку спрыснем.

– Какую сделочку? – окончательно растерялась она.

– Что значит «какую»? Продажу! Ваших с товарищем Полуяновым хором, – усмехнулся «черный маклер».