Завидное чувство Веры Стениной

Марик горько зарыдал, оплакивая судьбу несчастного Зильберга, который, кстати, вполне припеваючи живёт сейчас в тёплых краях.

На другой день к Вере подошла незнакомая женщина – нос у неё был основательный, как каминная вытяжка.

– Это вы – мама Жени Калининой?

Пока Стенина собиралась с ответом, удачно встряла Евгения:

– Тётя Вера, можно, я не буду надевать болоньевые штаны?

– Нельзя. Там минус двадцать.

Женщина с вытяжным носом попыталась зажать Веру в углу.

– Вы зачем пугаете моего ребёнка? Марик вчера так плакал!

– Извините, – сказала Вера.

 – Но у него всё время палец в ноздре, я хотела как лучше…

– Занимайтесь своими детьми! – выкрикнула женщина и на прощание страшно шмыгнула своим невероятным носом.

Евгения, когда они уже вышли на улицу, спросила:

– Ты видела, какой у мамы Марика нос? Как думаешь, она его тоже в детстве ковыряла?..

…– Не копайся, Евгения! Я же тебе сказала – Лара с бабушкой, а это ещё хуже, чем одна.

Вере не нравилось, как мама управляется с внучкой.

Однажды она её уронила, малышка стукнулась головой о кроватную спинку – и с ума едва не сошли все трое: Лара от ушиба, Вера – от гнева, а мама – от раскаяния и стыда. Обошлось, но не забылось!

Евгения стояла перед шкафчиком Марика и держала в руках криво вырезанное из куска красной материи сердце. Марик минуту назад пробежал мимо них – на шее, заметила Вера, висел ботиночный шнурок с золотым крестиком и долька чеснока в баночке из-под киндер-сюрприза.

Вампиры и святые угодники – портрет эпохи.

– Сегодня праздник Валентина, – объяснила Евгения. – Я признаюсь в любви Марику.

– Этому, в колготках? – не поверила своим ушам Стенина.

– Мы все ходим в колготках, тётя Вера, – рассудительно сказала Евгения. – Анна Владиславовна нам дала тряпочки, и мы вырезали сердечки. Надо отдать тому, кого любишь.

– А тебе кто-нибудь отдал сердце?

Евгения грустно улыбнулась. Вера хотела её подбодрить, но вместо этого некстати вспомнила исторический факт – такие в изобилии хранятся в памяти, как мины на полях сражений.

Может рвануть в любой момент! Одна такая мина – всем известное изображение сердца изначально обозначало головку полового члена. Конечно же, Евгения пока что не оценит эту прелестную аллюзию.

– Клади ему в шкаф своё сердце, и пошли скорее.

– А можно к вам? Бабушка поздно придёт.

Евгению уже полгода как оставляли дома одну. Она умела делать бутерброды и жарить яичницу.