Девять жизней Роуз Наполитано

Когда занятия подходят к концу, этот факт всегда всплывает в сознании, ведь больше меня ничто не отвлекает. Я думаю об этом постоянно.

Джордана хмурясь ждет ответа, но я не имею представления, о чем она спрашивала. Ее большие, как у совы, глаза из-за крупной оправы очков кажутся еще огромнее.

– Профессор?

Я поворачиваюсь к окну, отрывая взгляд от взгляда студентки, чтобы собраться с мыслями. К стеклу прижимаются голые ветки клена, некогда усеянные красными осенними листьями, за ними – лишь серый мрак дождевых облаков.

В прошлом году у Джорданы умер отец. Я помню, когда это случилось, его смерть отражалась в глубине ее глаз, точно осколок. Горе, потеря, боль и стойкость, с которой она все это переносила.

Усилием воли заставляю себя снова на нее посмотреть. Да, так и есть, я все еще это вижу. Печаль. Она всегда в глазах Джорданы, даже когда та чем-то увлечена, например нашими лекциями.

Неужели у меня тоже все видно по лицу?

– У вас все хорошо? – спрашивает она.

Я открываю рот и закрываю. Не знаю, что сказать.

У профессора Наполитано все плохо. Каждый день после занятий она возвращается к себе в кабинет, тихонько притворяет дверь и плачет за столом. В его глубоких ящиках хранятся большие коробки с салфетками. Не те веселенькие квадратные коробочки скромного любительского размера, нет. Длинные прямоугольные блоки промышленного типа, которые следует снабдить этикеткой: «Идеальное подспорье в случае, когда вас бросает муж».

– Так мило, что ты спрашиваешь, Джордана. Но со мной все хорошо.

 – Конечно нет. Вовсе нет. – Правда. Спасибо. Так о чем ты говорила?

* * *

Чуть позже в тот день я сижу в кабинете и читаю работы студентов, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Вдруг звонит телефон, и высвечивается номер Люка. Быстро снимаю трубку.

– Привет, – говорю я почти шепотом.

– Привет, Роуз, – так же тихо отвечает он.

– Как дела? – спрашиваю я.

– Все хорошо. А у тебя?

Колеблюсь, а потом все же решаюсь:

– Я скучаю.

– Знаю. – Люк тоже медлит. – Я тоже скучаю…

– Правда?

На том конце провода – тишина.

Я жду. Жду, что Люк ответит «да». «Да, Роуз, я так по тебе скучаю. Да, Роуз, я понял, что не могу без тебя. Да, Роуз, я возвращаюсь домой, мне не терпится вернуться». Я хочу, чтобы Люк снова стал таким, как раньше, тем мужчиной, которому нужна была я одна, а не в придачу с ребенком, мужчиной, за которого я вышла замуж. Я так сильно этого хочу… Поэтому все еще жду, что он ко мне вернется, к той Роуз, которую любил.