Хроники Раздолбая

 – У меня важный разговор был намечен, должно было кое-что решиться.

– Ничего бы с твоей Дианой не решилось, – перебил Мартин. – Обрушиваться на телку с признаниями, не прощупав ее метасигналами, – верный способ спугнуть.

– Какими сигналами?

– Теми, которыми ты передаешь свое отношение, помимо слов. Например, я говорю Валере, что готов дико заткнуться и якобы уступаю, но по моим интонациям он должен понять, что не прав ни фига он сам. Сейчас мы еще обменяемся многозначительными взглядами и покажем друг другу, что мы – дико доминантные самцы, тщетно пытающиеся подавить один другого на протяжении долгих лет.

Ну, давай!

Мартин и Валера посмотрели друг на друга с наигранным высокомерием и захохотали как от веселой, понятной только им двоим, шутки. Разлад был исчерпан, а Раздолбай в очередной раз подумал, что его новые друзья – самые интересные люди, которых он встречал в жизни.

– Ты наверняка выделял Диану из всех, намекал на свою симпатию, – продолжал Мартин. – Для телок эти жесты – смысл жизни, и она все давно поняла.

Теперь тебе надо показать, что она не просто нравится тебе, а ты готов ее завоевывать. И показать это без слов.

– Когда это показывать, если у меня обратный билет на завтра?

– Твой номенклатурный билет можно сдать и уехать через день. Послезавтра первое сентября – приди утром к ее школе, встреть ее с цветами. Она покажет ответными сигналами свое отношение. Если будет в восторге – действуй дальше, а если смутится – забудь о ней и бери в оборот новую телку.

К слову о метасигналах, я, пожалуй, признаю, что зря задоминировал сегодня твоего скрипача. Завтра подумаю, как это исправить, и прошу меня извинить, если вел себя дико скотски.

Последние слова были подкреплены искренним взглядом, и Раздолбай перестал переживать, что, поехав с Мартином и Валерой, стал как будто соучастником безобразия в гостях у Миши.

К высотной коробке гостиницы «Латвия» в центре Риги они подъехали на волне привычного балагурства. «Своя жизнь!» – восторженно отстукивало сердце Раздолбая, гоняя по пружинистому телу счастливую кровь.

Мартин забрал у него московский билет и попросил администратора поменять его на день позже. Обмен лишил Раздолбая последней потрепанной пятирублевки, но Мартин легкой рукой одолжил ему пятнадцать рублей, напутствуя, что букет любимой девушке нужно дарить самый шикарный, а если все сложится хорошо, то может понадобиться и ресторан.

Скоростной лифт вознес их на предпоследний этаж.