Хроники Раздолбая

Тяжкое бремя легло на плечи народных масс…

Мартин и Валера захохотали.

– Рост дороговизны неумолимо сокращает реальные доходы населения. Усилился идейно-политический кризис в обществе… – невозмутимо продолжал Леонид Ильич. – Разрушены элементарные нормы нравственности…

– Это круто, слушай! – веселился Мартин. – Представь, если бы Брежнева с Джаггером поменяли реально. Мик вышел бы на трибуну съезда и с огоньком задвинул про нормы нравственности.

– А Брежнева вывели бы на сцену под руки, и он сказал бы: «Dear comrades, I can’t get no satisfaction»[4 - «Дорогие товарищи, я не могу достичь удовлетворения» (англ.

). Строчка из хита «Роллинг Стоунз».], – развил шутку Валера.

Мартин, Валера и Раздолбай от души посмеялись, голос Брежнева убежденно заявил, что «такое общество не имеет будущего», и потонул в овации. Раздолбай наудачу достал из конверта последнюю пластинку, и к его удивлению, «Арабески» не подменили. Объяснение этому нашлось, стоило перевернуть диск – от края до края тянулась глубокая рваная царапина.

– Есть одна непокоцаная сторона «Арабески» с Midnight Dancer! – радостно сообщил он. – Мы – дикие короли!

– Считай, что это наш стратегический арсенал, а сейчас надо быстро накатить и идти на дело, – сказал Мартин и загадочно добавил: – Я думаю, всем понятно, что, если мы хотим это делать, по-русски нам говорить нельзя?

– Что делать? – удивился Раздолбай, считая, что они и так уже прекрасно проводят время, веселясь в роскошном номере с четырьмя чекушками вина и половиной хорошей пластинки.

– Телок снимать. Забыл, зачем мы здесь?

Раздолбай недоверчиво усмехнулся, но тут Мартин открыл бумажник и пересчитал несколько бело-зеленых бумажек с портретами посередине и остроугольными цифрами по углам. Это произвело на Раздолбая такой эффект, как если бы они весь вечер шутили, что пойдут грабить кассу, и вдруг Мартин достал настоящий обрез и стал заряжать его патронами.

Вмиг стало понятно, что затея осуществляется основательно и всерьез. Доллары Раздолбай видел только в кино и прекрасно знал, что из-за этих денег могут возникнуть серьезные неприятности. В восьмом классе дядя Володя дал ему оставшуюся после командировки бумажку в пять финских марок, и он решил найти для нее более достойное применение, чем хранить в коробочке с иностранными монетами, – например, попробовать купить сигареты в интуристовском баре.