Что увидела Кассандра

Я подошел к барной стойке и вежливо спросил бармена, когда будет готова наша еда. И этот парень, которого явно отпустили поработать из местной тюряги или выгнали из байкерской банды за неподобающее поведение, говорит мне, что еда «будет готова, когда будет готова». Затем он довольно угрюмо посмотрел на окно заказов и сказал: «Скоро, наверное». Понимаю, что звучит не так уж плохо. Задним числом ответ кажется вполне приемлемым. Но я не мог вернуться к Джанет и сказать, что наша еда будет «скоро, наверное». Мне нужен был примерный отрезок времени.

Или причина, по которой еды нет так долго. Пожар на кухне, кто-то умер в семье шефа, в Чесапике случился внезапный крабовый дефицит. Я уже продолбал ужин, теперь надо было действовать решительнее. Сделать хоть что-нибудь правильно. Поэтому я сказал: «Не могли бы вы зайти на кухню и проверить? Или найти нашу официантку?» А он ответил: «Чел, мне за баром следить надо. Если ты не собираешься выпивать, у меня тут есть другие люди, которых нужно обслуживать». Другие мужчины за стойкой начали поглядывать на меня. Я видел, как они осуждают меня, мой костюм и мою осанку – она и правда немного странноватая, знаю. У меня слишком длинные руки. Я сказал: «Это просто неприемлемо», – опять же, не потому что так считал, просто хотел порадовать Джанет. Кажется, я попросил позвать самого Джерри. Мой голос, возможно, повысился на пару децибел. И вот тогда бармен сказал мне «сесть, блядь, на свое место в своем пидорском столичном костюмчике и подождать, как все остальные». Другие мужчины у бара засмеялись этим бурлящим маскулинным уханьем, будто произошло что-то смешное, и опять засмеялись, когда бармен уличил меня в том, что я «покраснел». Я ничего не сказал, потому что на такое поведение и ответить-то нечего. Ничуть не жалею, что просто молча пошел к своему столику.

Не знаю, чем людям в этом городе так не угодил Вашингтон. Не все, кто оттуда, сволочи. А я вообще из Огайо.

Ну вот, рассказал, и сразу полегчало. Не хочу лгать тебе, будущий читатель Yelp.

Мне кажется, у нас появляется некая связь, мы облегчаем бремя, которое на нас лежит. Расскажу тебе еще пару вещей. Сейчас я пью пиво, третье по счету, и оно только начало помогать. Моя жена уже несколько часов как спит. Я сижу перед компьютером, вокруг пустые бутылки и маленькая лампа на деревянном полу комнаты, которая станет гостиной, потому что у меня пока нет стола и я не хочу идти наверх. Не здесь хотелось бы мне быть. Я надеялся на «экстраособенную» ночь.