Она читала по губам

Адель, когда услышала, отреагировала мгновенно:

– Но это ведь ерунда!

– В смысле? – удивленно воззрился доктор.

– В смысле несерьезная болезнь!

Ей всегда казалось: панкреатит – нечто вроде гастрита. Муторно, тоскливо, долго – но совсем не опасно.

Но доктор лишь усмехнулся:

– Опасное заблуждение. По статистике, у острого панкреатита летальность больше чем в половине случаев. Процесс развивается стремительно, поражает все внутренние органы, терапии поддается с большим трудом.

Григория из приемного отделения немедленно отправили в реанимацию.

Поместили на гемодиализ – выяснилось, что отказали почки. Вечером того же дня сделали операцию – как поняла Адель, толку от нее особого не было. Врачи просто иначе не могли выяснить, насколько далеко зашел процесс. Разворотили всю брюшную полость. Очищали, санировали, поставили специальные дренажные трубки.

Вердикт вынесли тем же вечером.

– Никакие органы, кроме сердца, самостоятельно не работают, – сообщил ей пожилой реаниматолог по имени Евгений Михайлович.

 – Осложнения у вашего супруга все возможные – перитонит брюшной полости, токсический гепатит печени, гнойные образования на соседствующих органах, то есть в желудке и кишечнике. Это уже, к сожалению, не панкреатит – панкреонекроз. Моментальный – по времени образования. И тотальный – по количеству поражений.

– Просто… просто поверить не могу, – подавленно выдохнула она. – Он еще вчера бодрячком был. Румяный, веселый…

– Не повезло вашему супругу, – равнодушно утешил доктор.

 – Однако всегда надо надеяться на лучшее.

Но по его безулыбчивому лицу Адель безошибочно прочитала: Гришку не вытянут.

– Отчего это произошло? – робко спросила она.

– Обычные наши мелкие грешки, – пожал плечами врач. – Неправильное, избыточное питание. Гиподинамия. Злоупотребление алкоголем. Курение.

– Какая ерунда! Половина людей пьет и жрет куда больше, чем он! – вырвалось у нее. – В смысле, мужчин!

– Значит, вашему супругу просто не повезло, – печально усмехнулся доктор.

 – Возраст, опять же, далеко не юношеский.

– Чем ему можно помочь? – деловито спросила Адель. – Купить лекарства, созвать консилиум, обеспечить уход? Деньги не проблема.

– Ничего не надо, – хмуро оборвал ее медик. – В больнице все есть.

Но она все-таки сунула ему конверт – доктор охотно взял. Сразу сбавил тон:

– И не сидите тут под дверью, смысла нет никого. Лучше сходите в церковь, поставьте свечку за его здравие, помолитесь.