Летняя книга

Она зажгла сигарету и окинула взглядом море, подернутое чуть заметной рябью. Лодка постепенно скрывалась из виду, уплывая за мыс: это папа огибал рифы, чтобы натянуть сеть.

– Вот ты где, – услышала она вдруг голос Софии. – А я искупалась.

– Холодная вода? – спросила бабушка. Снизу девочка казалась крошечным темным пятнышком на фоне яркого солнца.

– Жуть какая холодная, – ответила София и спрыгнула в ущелье.

Дно его было покрыто галькой – от большой, величиной с голову, до мельчайшей, с крупную бусину.

София с бабушкой нашли на скале место с вкраплениями финского граната – он довольно часто встречается в этих местах – и попробовали отковырять кусочки минерала складным ножом, но, как обычно, ничего из этого не вышло. Бабушка и внучка ели хрустящие хлебцы и наблюдали за лодкой, снова скрывающейся за мысом, папа уже расставил сеть и теперь возвращался назад.

– Знаешь, иногда, когда все слишком хорошо, мне становится жуть как скучно, – сказала София.

– Вот как! – откликнулась бабушка и взяла новую сигарету.

Это была всего лишь вторая за полдня, обычно она старалась курить тайком.

– Такая скука! – продолжала София. – Я хотела залезть на вышку, да и то папа не разрешил.

– Жаль, – сказала бабушка.

– Не жаль, а жуть как глупо.

– Где ты подцепила это словечко, говоришь «жуть» каждую секунду.

– Сама не знаю. Но мне нравится так говорить.

– Лиловый просто жуть какой противный цвет, – сказала бабушка. – А я однажды нашла мертвого поросенка.

Мы с твоим папой варили его целую неделю, потому что папа хотел принести его скелет в школу на урок зоологии. Вонь стояла ужасная. Вот это действительно была жуть.

– Что? – недоверчиво спросила София. – Какая школа?

– Твой папа был тогда еще маленьким.

– Папа? Маленьким? Что еще за поросенок? Что ты сказала?

– Уф, – вздохнула бабушка, – ничего. Я сказала, что твой папа тогда был таким же маленьким, как ты сейчас.

– Папа большой, – сказала София, просеивая песок между пальцами.

Они помолчали, каждый о своем. Потом бабушка сказала:

– Он думает, что я сейчас лежу под зонтом и сплю.

– А ты вместо этого сидишь тут и потихоньку куришь.

Они выбирали камешки, еще недостаточно отшлифованные водой, и бросали их в море, чтобы они стали покруглее. Солнце продолжало свой маршрут, папа опять огибал мыс, вытаскивая и проверяя сеть и снова опуская ее в море.

– Жуть какой плохой улов, – сказала бабушка.