Асимметрия

В Москве девиц полно, отбили бы еще. А в Перми тебе проще будет, ты на тамошнем фоне выделишься, все-таки не провинциальная штучка.

– Мам, ну о чем ты? Пермь – огромный город, здесь такие элегантные женщины, и вообще все очень прилично, и театры есть, и музеи…

– Ладно, мне твои лекции ни к чему. Поздравляю тебя. Сергею привет. Я пошла ужин готовить.

– Хорошо, мамуль, спасибо.

За время нашего разговора за окном совсем стемнело, и от высоких сосен остались только подножия, освещаемые светом фонаря.

Опускаюсь в кресло и выдыхаю, будто сбросила с плеч набитый камнями мешок.

Ну что ж, похоже, мама рада. По меньшей мере, она одобряет новый поворот моей извилистой судьбы. И она права, конечно. В наши дни выйти замуж в возрасте за сорок – невероятная удача. Хорошо, что Сережка такой стабильный и основательный человек. Другой и правда мог поменять старую подругу на «двух по двадцать». Хотя… Нынешние двадцатилетние, наверно, не сильно клюют на взрослых женихов, если к штампу не прилагается толстый кошелек.

Девчонкам же хочется дорогих подарков, поездок на курорты, пышных свадеб и детей в нарядных шмотках. Тихая жизнь в сосновом лесу – заманчивый вариант для таких, как я: измотанных, всю жизнь мечтавших просто иметь возможность не работать и не умереть при этом с голоду. Дай мне собственный дом, свободное время, книги на полках, прогулки в лесу – и я буду счастлива без курортов и нарядов. Интересно складывается судьба. Пока была молодая и красивая, работала, как лошадь. А теперь поступаю на содержание к мужику, с которым нет ни общих детей, ни испепеляющей страсти, которая была поначалу… Зато есть уверенность, что случись что, мы будем друг другу опорой и справимся со всем, что суждено. Хотя, возможно, мама права, и я в этом браке нужна только в роли бытовой техники?

– Наташик, ты чего здесь в темноте сидишь? Пойдем, там тебя уже хватились! – вошедший в комнату Сережа мягко берет мое запястье и притягивает к себе. – Как грудь твоя, не болит больше? – и прижал, закрутил, целуя в шею.

– Все хорошо, Сережкин, – шепчу ему радостно. Может, мы не самые романтичные ребята на свете, но кто сказал, что все должны быть счастливы одинаково? (Да, я в курсе, в курсе, кто это сказал: великий знаток человеческих душ, который весьма изощренными методами уничтожил собственное семейное счастье. Книги он писал великие, но в личной жизни Лев Николаевич мне не указ).

***

В итоге все получилось неплохо.