Бруклин

Наиболее ходовые по воскресеньям товары, сказала она, – сигареты, масло, чай, хлеб, бутылки молока, коробки крекеров, вареная ветчина и солонина, а за ними идут жестянки сардин и лосося, консервированные мандарины и груши, компот-ассорти, куриный и свиной паштеты, паста для сэндвичей и сливочный майонез. По ходу дела она показывала все это Эйлиш, называя цены. А убедившись, что Эйлиш цены запомнила, перешла к другим товарам: сметана, лимонад, помидоры, кочаны латука, свежие фрукты и мороженое.

– Представьте себе, нынче появились люди, которые приходят по воскресеньям за тем, что можно купить в любой другой день.

И мисс Келли, неодобрительно поджав губы, перечислила, что покупают эти типы, – мыло, шампунь, туалетная бумага, зубная паста, – сообщая цену каждого товара.

Некоторые, прибавила она, покупают по воскресеньям сахар или соль, а то и перец, однако таких все же немного. Попадаются даже те, кому понадобилась светлая патока, или пекарный порошок, или мука, хотя эти товары лучше всего расходятся по субботам.

– Ну и всегда забегают дети, – и мисс Келли обвела взглядом полку с плитками шоколада, ирисками, пакетиками с порошком для шипучки, мармеладными пупсиками, – и мужчины, за сигаретами и спичками, однако их обслуживает Мэри, поскольку с большими заказами она не справляется, да и цены запомнить не может и нередко, – продолжала мисс Келли, – если в магазин набивается много покупателей, становится скорее помехой, чем помощницей.

Выбор товаров в магазине богатый, поняла Эйлиш. Изобилие сортов чая, в том числе и очень дорогого, да вообще все здесь дороже, чем в «Хейзе» на Фрайэри-стрит, «ЛиН» на Рафтер-стрит или в «Шериданс» на Рыночной площади.

– Вам придется научиться расфасовывать сахар и заворачивать хлеб, – продолжала мисс Келли. – Но это как раз из того немногого, что у Мэри, помоги ей Бог, получается хорошо.

В первые же дни Эйлиш приметила, что с каждым покупателем мисс Келли держится по-разному. С одними она не произносила ни слова – просто стискивала зубы, а поза ее за прилавком давала понять, что присутствие этого человека в магазине крайне нежелательно и хорошо бы ему удалиться как можно скорее. Другим сухо улыбалась, но взирала на них с мрачным терпением, а плату принимала так, словно оказывала великую честь.