Трактир «Ямайка». Моя кузина Рейчел. Козел отпущения

Народ расступился и дал ему дорогу. Мэри стояла в толпе, позади толстой торговки с корзиной, и видела, как Джем занял свое место среди группы мужчин с лошадями, кивнул одному-двум из них и скользнул взглядом по их коням, нагнувшись, чтобы раскурить трубку. Он держался спокойно и невозмутимо. Вскоре развязного вида парень в квадратной шляпе и светлых штанах протиснулся сквозь толпу и подошел к лошадям. Голос у него был громкий и важный, и он все время постукивал кнутовищем по сапогу, а потом указывал им на пони. По его тону и важному виду Мэри решила, что это барышник.

Вскоре к нему присоединился маленький остроглазый человечек в черной куртке, который то и дело толкал приятеля под локоть и что-то шептал ему на ухо.

Мэри увидела, что он пристально смотрит на черного пони, принадлежавшего сквайру Бассату; он подошел к нему, нагнулся и ощупал его ноги. Затем что-то шепнул на ухо громогласному человеку. Мэри нервно наблюдала за ними.

– Откуда у тебя этот пони? – спросил барышник, похлопывая Джема по плечу.

 – Не может быть, чтобы он вырос на пустоши, с такой-то головой и такой-то грудью.

– Этот пони родился в Коллингтоне четыре года назад, – беззаботно сказал Джем, не выпуская изо рта трубку. – Я купил его однолеткой у старого Тима Брэя; помните Тима? В прошлом году он распродал все и перебрался в Дорсет. Тим всегда говорил мне, что эта лошадка окупится. Кобыла была ирландская и брала ему призы на скачках в центральных графствах. Вы только поглядите, какой красавец! Но скажу вам сразу, стоит он недешево.

Джем попыхивал трубкой, пока покупатели внимательно осматривали пони. Казалось, время тянется бесконечно. Но вот они выпрямились и отошли в сторону.

– Что у него со шкурой? – спросил остроглазый. – Она на ощупь очень грубая и колючая, как щетина. И вообще вид какой-то нездоровый, мне это не нравится. Ты его, часом, не опоил?

– С этим пони все в порядке, – ответил Джем. – Тот, другой летом было совсем зачах, но я его выходил. Наверное, лучше было бы подержать его до весны, но это стоило бы мне денег.

К черному же не придерешься. Но одну вещь я вам скажу напрямик, и это будет только честно. Старый Тим Брэй и понятия не имел, что кобыла жеребая, – он тогда был в Плимуте, и за ней присматривал его мальчишка, – а когда узнал, то выдрал парня, только было уже поздно. Пришлось ему делать хорошую мину при плохой игре. По-моему, жеребец был серый: посмотрите на короткие волоски у самой кожи – они ведь серые. Тим с этим пони здорово тогда промахнулся.