Компромисс. Иностранка. Чемодан. Наши

Итак, Надя вздохнула и запела высоким чистым контральто:

Эх, нет цветка милей пиона

За окошком на лугу,

Полюбила я шпиона,

С ним расстаться не могу.

Эх, у Прасковьи муж водитель,

У Натальи муж завмаг,

У Татьяны укротитель,

У меня – идейный враг.

Эх, прилетел он из Небраски

На советские луга,

Но зато какие глазки

У идейного врага.

Эх, не шуми под ветром, поле,

Не дрожи, кленовый лист,

Ох, ты, дроля, милый дроля,

Почему ж ты не марксист?..

До вечера Боб Кларк ждал у ворот на лавочке, но Джон Смит так и не появился.

Боб Кларк расстегнул пуговку на вороте, снял пиджак и задумался. Потом он рассеянно откусил кусок сливочного мороженого и внезапно съел его целиком.

– Что же делать, – опомнился шпион, – как же я теперь без мороженого? Один в незнакомом городе. Загляну-ка я в Третьяковскую галерею. Столько слышал от разных туристов, а побывать не довелось.

Так он и сделал.

Наутро Джона Смита вызвал к себе полковник Громобоев.

Он шагал по кабинету, задорно напевая:

Я суровый контрразведчик,

Не боюсь глубоких речек,

Не боюсь высоких крыш,

А боюсь я только мышь!

Джон Смит вошел.

– Кто вы такой? – спросил полковник.

– Майор Джон Паркер Смит, сотрудник американской разведки.

– Люди делом занимаются, а ты?..

– Я больше шпионить не буду, – сказал Джон Смит.

– Почему это вдруг?

– Мне надоело.

– А много ль ты успел набедокурить? – спросил полковник.

– Да как вам сказать, порядочно.

Месяц назад в ресторане стул опрокинул, шуму было. Потом как-то раз за автобусом бежал, толкнул старушку. Стукнула она меня кошелкой по спине, но ничего, отлежался. Вот, кажется, и все.

Полковник задумался. В кабинете тикали часы. По карнизу шумно прогуливался голубь.

– Ладно, – сказал наконец Громобоев, – можешь идти.

– То есть как? – не понял диверсант.

– Ты свободен. Коллектив благодари. Химчистка № 7 берет тебя на поруки.

Бывший шпион недоверчиво взглянул на офицера, но тот с улыбкой кивнул ему и придвинул к себе бумаги, давая понять, что разговор окончен.

Джон Смит попрощался дрогнувшим голосом, направился к дверям, потом вернулся и сказал:

– Гражданин полковник, мне стыдно злоупотреблять вашим благородством, но один вопрос не дает мне покоя. Дело в том, что у меня есть домашнее животное.

– Какое именно? – спросил Громобоев.

– Да так, – ответил Джон Смит, – волчишка небольшой.