Повести л-ских писателей

Быть может, сразу, на первом этаже – от книжно-кофейно-булочного запаха, от стеллажей и витражей, от фасада средневековой церкви, встроенного в стену атриума, от деревянных балок и застеклённого итальянского неба высоко над головой. Быть может, всплакнуть захочется на втором этаже, особенно в обеденное время, когда открыта траттория. Если вы зачем-то продержитесь два этажа, вы всё равно размякнете на третьем, когда увидите, что там, помимо тысяч книг по всем наукам и хорошо одетых людей, которые их покупают, – там, прямо под стеклянным небосводом, есть бар, где придётся выпить какого-нибудь из вин, расставленных повсюду безжалостными рядами, а выпив, прятать глаза от хорошо одетых людей, потому что тут же захочется, неуместно и сладко захочется обратно в свой сраный райцентр и детство.

Впрочем, довольно лить постсоветские слёзы. Нам предстоит разговор об Имме Боццини. Ей, дочери овдовевшего муниципального служащего из города Фоджа, магазин Ambasciatori тоже поначалу казался земным филиалом чужого блистающего мира с высокими ценами.

Когда она пришла в Ambasciatori впервые, то есть на следующий день после того, как заселилась в свою первую комнату на Виа Массаренти и минут десять прощалась с отцом, без конца обнимая его, и хлюпая носом, и не давая ему сесть в машину, а потом краснела перед бывалыми соседками, хотя краснела недолго, потому что соседки (Кьяра из Лечче, Джиневра из Удине, Аиша из Рима, Лаура из Катании, Вера из Пескары) все как одна признались, что рыдали точно так же – если не в первый день, то обязательно на второй или третий, когда в панике и тоске по дому звонили маме, не сумев запустить незнакомую кофеварку или стиральную машину, – в общем, когда Имма Боццини из Фоджи попала в Ambascia- tori в самом начале своей студенческой жизни, она не удержалась и купила там две книжки.

Но это был первый и последний раз. Освоившись в Болонье, она стала находить всё на книжном развале у вокзала, на Виа Дзамбони по вторникам, на Виа Санто Стефано по воскресеньям. (Учебную литературу, надо ли говорить, ей распечатывали в копистериях. )

При этом весь первый курс она ходила в Ambasciatori на встречи с писателями – потому что встречи были бесплатные, потому что жизнь тогда была бесконечной и потому что писатели, говорившие умные слова с маленькой сцены под фасадом средневековой церкви (см. выше), ещё казались ей чуть-чуть небожителями, а значит, её место на неудобном раскладном стуле, от которого ныли зад и спина, ещё было местом на краешке неба.