Гипноз и наркоз

Гипноз и наркоз

Малка Лоренц

Малку Лоренц, без преувеличения, знает весь Рунет – как блогера, колумниста, автора сетевого проекта «Пятничные вопросы», где она отвечает на анонимные вопросы своих читательниц. Афористичность, юмор, здравый подход на грани цинизма в сочетании с бесконечной теплотой и состраданием сделали эту рубрику любимым чтением тысяч женщин. По ее материалам вышло уже три книги. Тексты Малки Лоренц давно разошлись на цитаты.

В этой книге собраны короткие рассказы, новеллы-притчи, зарисовки и эссе Малки Лоренц – как всегда, компактные и емкие, простые и глубокие.

Малка Лоренц

Гипноз и наркоз

«Гипноз и наркоз» – книга уникальной прозы и горького опыта, который есть почти у каждой женщины, но осмысление его мы обычно откладываем, прячем как можно глубже. Любовь и боль, стойкость и уязвимость, отчаяние и нежность или вот гипноз и наркоз.

Большую часть опыта женщине действительно приходится получать, заморозив часть души или погрузив мозг в спасительный гипноз.

Малка Лоренц – женщина, которая живет с открытыми глазами, не допускает утешительного самообмана и не дает читателю забыть о безднах окружающего мира. При этом она смеет любить – вопреки здравому смыслу, с полным пониманием гибельности этого процесса.

Но с этой книгой читатель, конечно, не будет только рыдать и сжиматься от горя. У Малки потрясающее чувство юмора, ясный ум и невероятно цепкий взгляд, она умеет увидеть и назвать все глупости и прелести этого мира. И, наверное, за эту суперсилу она дорога тысячам своих читателей.

Мы восхищаемся ею, как храбрым маленьким солдатом, замершим на границе отчаяния и любви. Впереди у него ужас, за спиной – все, чем он дорожит, на устах насмешливая песенка о том, что пуля – дура, а смерти нет.

    Марта Кетро, писатель

Краденое солнце

Черное пальто

В актовом зале института связи было комсомольское собрание. Слушалось персональное дело комсомольца Удавкина, студента второго курса. Согнали весь курс, а может, и не один.

Я сидела где-то сзади и рисовала в блокноте. Мне плевать было на этот институт, на всех этих людей и на комсомольца Удачкина. Я его, как и всех прочих, и по фамилии-то не очень знала. По имени знала, врать не буду – то ли Вадик, то ли Славик. Он был паренек с фанабериями, там был какой-то непростой папа и нервная система тоже не очень.

Комсомолец Удалкин обвинялся в контактах с иностранными гражданами. С гражданами стран – членов НАТО.