Далекие часы

И все же что-то случилось; она определенно была не в себе. Все мои знакомые пожилые женщины рано или поздно признавались, с разной степенью тоски, что в душе им по-прежнему восемнадцать. Однако это неправда. Мне всего тридцать, и я сужу по себе. Прожитые годы оставляют свой след: блаженное чувство юной неуязвимости тает, и ответственность ложится на плечи тяжким бременем.

Но с Юнипер все было иначе. Она искренне не понимала, что состарилась. В ее сознании по-прежнему бушевала война и, судя по тому, как она раскачивалась, гормоны.

Она была совершенно невероятным гибридом, старая и юная, красивая и гротескная, здесь и там. Эффект был потрясающим и жутким, и я испытала внезапный приступ отвращения, который немедленно сменился глубоким стыдом за то, что я поддалась столь недоброму чувству…

Юнипер схватила меня за запястья; глаза ее широко распахнулись.

– Ну конечно! – воскликнула она и поймала смешок сетью длинных бледных пальцев. – Тебе ведь уже известно о Томе. Если бы не ты, мы никогда бы не встретились!

Что бы я ни собиралась ответить, меня перебил звон часов, которые начали отбивать время по всему замку.

Что за жуткая симфония! Часы комната за комнатой отмечали прошедшее время, перекликаясь друг с другом. Они загудели в самой глубине моего тела, отчего кожа мгновенно покрылась холодным потом, и я совершенно лишилась присутствия духа.

– Мне правда пора, Юнипер, – хрипло выдавила я, когда часы наконец умолкли.

За спиной раздался легкий шорох, и я обернулась в надежде увидеть Перси.

– Пора? – Лицо Юнипер опечалилось. – Но ты только что пришла. Куда ты собралась?

– Обратно в Лондон.

– В Лондон?

– Я там живу.

– Лондон.

В этот миг с ней случилась перемена, стремительная, как грозовая туча, и такая же зловещая. Она с неожиданной силой схватила меня за руку, и я увидела то, чего раньше не замечала: небрежную паутину шрамов, посеребренных временем, на ее бледных запястьях.

– Возьми меня с собой.

– Я… я не могу.

– Но это единственный способ.

Мы поедем и найдем Тома. Он, наверное, там, в своей маленькой квартирке, сидит у окна…

– Юнипер…

– Ты обещала, что поможешь мне. – Ее голос был напряженным, полным ненависти. – Почему ты не помогаешь мне?

– Простите? Я не…

– Ты же моя подруга. Ты обещала, что поможешь. Почему ты не пришла?

– Юнипер, кажется, вы меня с кем-то путаете…

– Ах, Мередит, – прошептала она, дыша табаком и старостью. – Я совершила ужасный, ужасный поступок.

Мередит.