Парижский детектив

Первым делом Реми навестил обе фабрики Ларю. Особое внимание он уделил бутафорской продукции. Зарезали писателя, конечно, ножом настоящим, но Реми все равно полюбопытствовал. Вернувшись домой, он разложил перед собой диктофон с записями свидетельских показаний, снимки, сделанные полицией, чертеж дома.

ОДИН ДЕНЬ. Что за него можно успеть в столь загадочном деле?

Ксюша повозилась на кухне и пришла к нему в кабинет с двумя чашками кофе, нарезкой сыра и хлеба. Во Франции кофе пьют сам по себе, без ничего, но Ксюша завела свои традиции в доме.

– Ремиша, если ты не веришь в коллективное убийство, то не проще ли согласиться с тем, что это суицид? – произнесла она, расставив чашки на его письменном столе.

– А ты согласна?

– Нет.

– Ну, и чего ты мне голову морочишь…

– Чтобы ты не мучился.

– Ксю!!!

– Ладно, я что, я просто смотрю на тебя, ты аж серый сделался…

– У меня есть еще один день!

Вместо ответа Ксюша подошла, поцеловала мужа в висок.

– Стой! – внезапно проговорил Реми. – Ну-ка, поцелуй меня еще раз… Чуть больше за спину зайди… да, вот так, и наклонись, поцелуй…

Ксюша выполнила все распоряжения мужа и удивленно уставилась на него, ожидая объяснений.

– Ты сказала, что если бы все ворвались в кабинет писателя, то на его лице отразилось бы изумление, страх… помнишь?

– Да…

– А если не все? Если только один? Наклонился к писателю, чтобы поцеловать… или что-то прошептать в ухо, а сам… Возьми-ка ложечку! Обними меня сзади, как ты только что это сделала, наклонись к моей щеке…

Ксения выполнила распоряжения.

– Ты меня целуешь… Или что-то приятное шепчешь в ухо. Я расслабился, растаял… Теперь представь, что ложечка – это нож! Ну-ка, размахнись и ткни мне ложечкой в грудь, вот сюда! – Реми указал пальцем.

Ксюша проделала требуемое.

– Замечательно! – обрадовался Реми. – В этом случае писатель не успел бы ничего заподозрить, и на его лице не отразился бы страх: он умер раньше, чем испугался!

– И… И что из этого следует? – осторожно спросила Ксения.

– Что убил его кто-то из близких – из тех, кому он доверял: жена или секретарь! Хотя жена вряд ли: для такого удара нужна сила, чтобы пробить ребра и до сердца добраться… Так что я бы приписал убийство мужчине.