Печальный демон Голливуда

Какие он может рассказать девчонке истории из киношного закулисья, чтобы ей было интересно? Мультик его никто не озвучивал, поэтому ни с Машковым, ни с Хабенским он чай не пил. Вспомнил:

– Ездили мы с фильмом на фестиваль в Ванкувер. Болтали с Клинтом Иствудом на приеме. Ему фильм очень понравился.

– Иствуд. А кто это?

– Вообще-то актер голливудский. А ты кого из актеров знаешь-то?

– Шайа ла Беф ничего. И Джеймс Франко.

– Ну, про них тебе с моим сыном надо разговаривать. Хотя с ним, наверно, лучше про Киру Найтли… А Ричарда Гира ты, к примеру, знаешь?

– Его – знаю.

– И с ним я болтал на приеме. Наше кино на «Оскара», может, выдвинут.

– Прикольно.

– А ты чем по жизни занимаешься?

«Никто так не интересен человеку, как он сам. Задавай вопросы о нем любимом – пусть рассказывает. Мало того, что все про него прознаешь, – еще и прослывешь прекрасным собеседником». Так Арсения наставлял когда-то его учитель в журналистике Ковалев, и Челышев всегда – даже в частной жизни, когда хотел кому-то понравиться, – следовал его заветам.

– А, ничего особенного, – махнула рукой девчонка. – Я учусь.

– Где?

– Да какая разница! – досадливо бросила Алена. – Слушайте, Арсений: может, вы в кино меня пристроите?

– В кино-о-о-о… – протянул он.

– Что, не получится? Не уважают вас?

– Не в том дело. Знаешь, в архиве «Мосфильма» одна любопытная бумаженция хранится. Записка в дирекцию от режиссера: «Прошу предоставить диван для проб актрисы»…

– Ваш намек поняла, – сосредоточенно кивнула девчонка.

 – Нет, я, пожалуй, пойду.

– Подожди, я провожу тебя.

– Куда?

– До дома. Если хочешь, на такси.

– Нет уж. Я лучше сама. На метро. Сейчас полпятого, самые пробки начинаются.

– А ты в каких краях живешь?

– Я на «Измайловской». А вы?

– А я здесь, в центре.

И тут Арсений очень ясно представил, что будет, когда Аленка уйдет. Для начала ему станет чрезвычайно скучно без ее молодой, веселой болтовни, без хорошенького личика. Как следствие одиночества, он начнет звонить друзьям (может, даже кое-каким подружкам).

Так однажды, двадцать лет назад, он позвонил Милене. Или, он уж забыл, в тот раз она позвонила ему? Не важно, но они встретились и провели вместе едва ли не неделю. То как раз был первый кризис его отношений с Настей. Сейчас наступил второй.

Но сегодня вряд ли кто-то на зов Сени откликнется. Кто может себе позволить спонтанно, в будни, броситься в разгул? Все изменилось. Все заняты, все работают.