Испанская дочь

Все в порядке.

– Дон Арманд предпочитал английские седла. Он уверял, что это единственное седло, подобающее для джентльмена. Как он обычно говорил: ковбойские седла – для низшего сословия.

В его тоне я уловила некую затаенную обиду к моему отцу. Однако меня осознание того, что отец делал тот же выбор, что и я сейчас, значительно подбодрило. Клянусь богом, я научусь ездить на лошади не хуже этого человека!

Я кое-как удержала равновесие на спине у кобылы, но как только животное двинулось вперед, храбрости во мне сразу поубавилось.

?Madre m?a![22 - Матушки мои! (букв.: «Мама моя!») (исп.)] Земля от меня, казалось, была немыслимо далеко – а мне совсем не хотелось снова упасть. Второй раз я бы уже такого унижения не вынесла. Я обеими руками вцепилась в гриву лошади, покрепче обхватив бедрами ее бока.

Когда я подняла глаза, то обнаружила, что Мартин пристально смотрит на меня. Всей его недавней насмешливости как не бывало. Внезапно он сделался пугающе серьезным. И что-то странное было в его напряженном, проницательном взгляде.

– Что?

Мартин ответил не сразу. Не сводя с меня внимательных глаз, он произнес:

– Для управления используйте поводья. Если хотите направо – потяните правое, если налево – то левое.

Я велела себе успокоиться. Вероятно, его просто удивило то, что мужчина не умеет ездить на лошади.

– Знаю, – отозвалась я. – Я не впервые езжу верхом. Просто давненько не практиковался, да и лошадь меня пока не знает.

Выпрямив спину, я потянула правый повод.

На удивление, Пача повернула направо, вслед за мерином Мартина, и неторопливо потрусила по грунтовой дорожке, с обеих сторон окаймленной деревьями с огромными листьями. Казалось, я чувствовала под своими бедрами каждый ее мускул. Крепко зажав в руке поводья, я постаралась переключить внимание на открывающиеся вокруг виды.

После долгого молчания Мартин наконец заговорил:

– Вам повезло, что вы приехали именно в это время года. – Он направил своего коня в сторону от тропы, в гущу буйной растительности.

 – Мы как раз начали собирать плоды, так что вам удастся пронаблюдать весь процесс.

Лошадиные копыта зашуршали по серым сухим листьям, устилающим землю. На высоко вздымающихся ветках при нашем приближении защебетали колибри, где-то неподалеку прокукарекал петух.

По мере того как мы продвигались в глубь плантации, все отчетливее слышалось журчание ручья. Воздух наполнялся сладковатым ароматом бананов.