Мужчины не ее жизни

– Извини, – прошептал Эдди. – Я больше никогда не буду у тебя спрашивать.

Но Марион осталась такой, какой была: ее лицо – маска, ее тело – камень.

– Мама! – позвала Рут, но Марион не услышала ее – она даже не мигнула. Эдди замер, ожидая, что сейчас по полу ванной зашлепают детские ножки, но девочка осталась в кровати. – Мама? – крикнула она теперь не так решительно. В ее голосе слышалась тревожная нотка.

Эдди, голый, на цыпочках подошел к ванной. Он намотал себе на талию ванное полотенце, сделав на сей раз выбор лучший, чем абажур.

Потом, стараясь не издавать ни звука, Эдди начал отступать в направлении коридора.

– Эдди? – раздался голос девочки, перешедшей теперь на шепот.

– Да, – покорно ответил Эдди.

Он затянул на себе полотенце поосновательнее и босиком прошел через ванную в комнату Рут. Эдди подумал, что это новое состояние Марион, чуть ли не клиническое, напугает четырехлетнюю девочку еще больше.

Когда Эдди вошел в комнату, Рут неподвижно сидела на кровати.

– Где мама? – спросила его девочка.

– Она спит, – солгал Эдди.

– А-а, – сказала девочка. Она взглядом указала на полотенце на талии Эдди. – Ты принимал ванну.

– Да, – снова солгал он.

– А-а, – сказала Рут. – Но что же мне тогда снилось?

– Что тебе снилось? – с дурацким видом повторил Эдди. – Откуда же я знаю. Мне же твой сон не снился. Так что тебе снилось?

– Расскажи мне, – гнула свое девочка.

– Но это же твой сон, – сказал Эдди.

– А-а, – сказала Рут.

– Хочешь попить водички? – спросил Эдди.

– Хочу, – ответила Рут.

Она ждала, пока он пропускал воду, чтобы была холодная, потом он принес ей чашку. Возвращая ему чашку, она спросила:

– Где ножки?

– На фотографии, где и всегда, – ответил ей Эдди.

– Но что с ними случилось? – спросила Рут.

– Ничего с ними не случилось, – заверил ее Эдди. – Хочешь их увидеть?

– Да, – ответила девочка. Она протянула руки, ожидая, что он возьмет ее, и он поднял ее с кровати.

Вместе они пошли по неосвещенному коридору, ощущая бесчисленное разнообразие выражений на лицах мертвых мальчиков, чьи фотографии, к счастью, были скрыты полутьмой.

В дальнем конце коридора лампа в комнате Эдди светила ярко, как маяк. Эдди занес Рут в ванную, где они молча посмотрели на фотографию Марион в отеле «Дю Ки-Вольтер».

Наконец Рут сказала:

– Это было рано утром. Мама только что проснулась. Томас и Тимоти заползли под одеяло. Папа сделал фотографию – во Франции.

– Да, в Париже, – сказал Эдди.