Толстовский дом

Катьки уже так давно не было в их жизни, что сейчас, когда она совсем перестала быть, ее смерть не ощущалась ни как горе – никакого горя она не заслужила! – ни как даже просто изменение ситуации. Только как недоумение и обида – за что им такая напасть – чужой подросток с дурной наследственностью?!

Чужой подросток с дурной наследственностью была Катькина одиннадцатилетняя дочь Нина Кулакова, родная племянница Ольги Алексеевны.

Позвонившая Ольге Алексеевне незнакомая женщина представилась просто соседкой, без имени.

Соседка собирала одежду для похорон и в книге «Как закалялась сталь» обнаружила старый конверт с ленинградским адресом, надписанный Катькиной рукой, – Катька, очевидно, раздумала отправлять письмо. Соседка по справке – не поленилась – нашла ленинградский телефон.

– Ничего, что я звоню? – споткнувшись в своей скороговорке о молчание Ольги Алексеевны, робко спросила соседка.

– Ничего. Я понимаю, – мертвым голосом сказала Ольга Алексеевна.

– Да, конечно, вы понимаете… Дочка, Нина, – заторопилась соседка, – сейчас решается вопрос, куда девать Нину, в детдом или родственники возьмут… Вот я и позвонила… просто на всякий случай, для очистки совести…

Решается вопрос, вот она и позвонила…

– Я Нине-то не сказала, что с вами связываюсь, – предупредила соседка, – чтобы у девки обиды не было, если не возьмете.

Вы ведь ей не родственники… Катька говорила, у ней родных нет, так что не обязаны брать, можете решить, как хочете.

«Как хочете»!.. Грамотейка!.. Голос у соседки пьяноватый.

«Вместе, наверное, пили с Катькой», – пронеслось в голове Ольги Алексеевны.

Ольга Алексеевна отодвинула трубку от уха, подержала на весу и положила на рычаг.

Отошла от телефона и осторожно прикрыла дверь в комнату, как будто пьяноватая Катькина соседка могла погнаться за ней с этими бьющими в голову «Катька, Нина, Катька, Нина». «Если еще позвонит, не возьму трубку», – решила Ольга Алексеевна…

Соседка не перезвонила.

…Андрей Петрович, покряхтев, повернулся на бок.

– Олюшонок… Олюшоночек, а почему мы все время говорим «подросток»? Этой Нине одиннадцать лет, она как наши девочки.

Аленушка еще ребенок, и Аришенька еще ребенок…

– Дети из неблагополучных семей рано взрослеют, – холодно заметила Ольга Алексеевна и тут же осеклась, – Катька, красавица, отличница, ее сестренка – НЕБЛАГОПОЛУЧНАЯ СЕМЬЯ?.. Впрочем, в ней всегда была… не червоточинка, нет, а какая-то слабость. Катька от рождения не победительница в жизни, а побежденная.