Лабиринт призраков

– Я не ожидала найти так мало, – пробормотала она. – К кому мы едем?

– К Мариане Седо, личному секретарю Вальса. Дама занимала эту должность последние двадцать лет. Она первой подняла тревогу из-за пропажи министра.

– Очень долгий срок службы для простой секретарши, – заметила Алисия.

– Злые языки утверждают, что она не совсем простая секретарша.

– Любовница?

Варгас покачал головой:

– Мне кажется, интересы доньи Марианы лежат в иной области. Говорят, именно она рулит судном и без ее согласия в кабинете Вальса ничего не делается и не обсуждается.

– За спиной каждого злодея всегда стоит роковая женщина. Это тоже говорят.

Варгас улыбнулся:

– Ну, ничего такого я не слышал. Меня предупреждали, что вы склонны дерзить.

– О чем еще вас предупреждали?

Варгас повернулся и подмигнул ей.

– Кто такой Эндайа? – спросила Алисия.

– Родриго Эндайа?

– Наверное.

– Зачем вам знать?

– Знание лишним не бывает.

– Монтальво упоминал об Эндайа в связи с нашим делом?

– Его имя упоминалось во время разговора.

Кто он?

Варгас тяжело вздохнул:

– Эндайа – мясник. Чем меньше вы о нем знаете, тем лучше.

– Вы с ним знакомы?

Варгас не ответил. За оставшуюся часть пути они не перемолвились ни словом.

7

Минут пятнадцать Алисия с Варгасом колесили по бульварам предместья, безупречно вылизанным большой армией садовников в форменной одежде. Наконец перед ними открылась широкая аллея, засаженная кипарисами, которая упиралась в украшенные пиками кованые ворота виллы «Мерседес».

Небо налилось свинцом, и ветровое стекло автомобиля оросили мелкие капли дождя. Лакей, дожидавшийся у ворот поместья, поспешил открыть решетку, чтобы пропустить гостей. Сбоку, у въезда на территорию, находилась будка, где нес службу охранник, вооруженный винтовкой. Он ответил кивком на приветствие Варгаса.

– Вы тут уже бывали? – спросила Алисия.

– Пару раз, начиная с прошлого понедельника. Вам понравится.

Машина покатилась по засыпанной тонким гравием дорожке, которая петляла среди деревьев, лужаек и водоемов.

Алисия внимательно разглядывала сады, украшенные скульптурами, пруды и фонтаны. Увядшие розарии осыпались на осеннем ветру. Среди кустарников и пожухших цветов чернели рельсы игрушечной железной дороги. В глубине парковой территории виднелись очертания миниатюрной копии вокзала. У перрона под моросящим дождем стоял паровоз с двумя вагончиками.

– Игрушка для дочери, – пояснил Варгас.