Ремейк Нового года (сборник)

На своем ток-шоу тот, пригласив Нилову поговорить о мужских изменах, вдруг обрушил все оружие своего сарказма (которым он владел отменно) именно на нее. Он стал выпытывать, сколько раз доктор психологии сама была замужем (выяснилось, что трижды), сколько она имела любовников и удавалось ли ей их ублажать. Психолог, новичок на экране, поплыла, растерялась, стала оправдываться… Словом, Хмелев выставил ее на посмешище перед всей страной. Сейчас Нилова ничем не выдавала своего отношения к ведущему. Она улыбалась одинаково мило всем присутствующим за столом, в том числе и Хмелеву, однако Дима не сомневался, что в душе и она точит нож на своего обидчика.

И, наконец, последним, седьмым гостем за столом оказался знаменитейший режиссер, наполовину мосфильмовец, наполовину голливудец Роберт Поляновский, прославившийся скандальными мемуарами «Тысяча и одна ночь». Загорелый, сверкающий искусственными зубами Поляновский, подобно Хмелеву, описал в автобиографии все свои романы, коих у него набралось за восьмидесятилетнюю жизнь (видимо, кинематографист отличался скрупулезностью) ровно тысячу и один.

Впрочем, в откровенной книжке режиссера досталось не только дамам, но и мужчинам. Чуть ли не всем светским львам Поляновский дал уничижительные характеристики. К примеру, о своем сегодняшнем сотрапезнике Хмелеве режиссер отозвался как о «самозванце с большой дороги».

Ведущий, кстати, в долгу не остался и пустил по Москве шутку: Поляновский, дескать, после успеха «Тысячи и одной ночи» готовит сиквел своей биографии под названием «Четыре танкиста и собака» (намек то ли на зоофилию, то ли мужеложество, которым, видит бог, старый сатир на самом деле не был подвержен).

Разумеется, хмелевская шутка дурного толка дошла и до режиссера, и тот, говорят, долго скрипел вставными зубами.

И, наконец, последнее, восьмое место за столом оказалось пустым. Оно располагалось как раз рядом с телеведущим. С другой стороны от пустого стула уселся Дима – так, чтобы оказаться рядом с психологиней и напротив фигуристки.

Обе показались ему достаточно красивыми, разумными и циничными женщинами для того, чтобы затеять с ними флирт, который, глядишь, перерастет во что-то большее (но малообременительное). Верная и любящая девушка Надежда порой казалась журналисту слишком пресной.

На счастье собравшихся, издатели не стали мучить их речами. Никаких подведений итогов года и здравиц руководству.