Другая сестра Беннет

– Подслушанный мной разговор был более полезен, чем твой, Лиззи, – игриво продолжала Шарлотта. – Бедняжка Элизабет! Стерпеть то, как тебя сочли всего лишь недурной!

– Это большое оскорбление, – согласилась Элизабет с притворной серьезностью. – Но я должна постараться его вынести.

Миссис Беннет было не так-то легко успокоить. Она не могла рассматривать пренебрежение своими дочерьми иначе, как тяжкое оскорбление, но чего еще можно было ожидать от человека, поведение которого вызвало всеобщее неодобрение? Мистер Дарси показал себя неприветливым человеком – так утверждали все.

Всем вокруг было ясно, что это неприятный, надменный, холодный, замкнутый и снедаемый гордыней человек. Миссис Беннет заявила, что Лиззи не должна обращать на него внимания.

– Если бы вы встретились снова и он пригласил бы тебя станцевать с ним, я надеюсь, ты ответила бы ему отказом.

Элизабет согласилась, что подобное приглашение совершенно невозможно, и беседа продолжилась, в конце концов завершившись на том, что личность, манеры и характер мистера Дарси не выдержали испытания меритонским обществом.

Вскоре после этого миссис Беннет собралась вернуться к более приятной теме успеха Джейн в глазах мистера Бингли, но, прежде чем она успела это сделать, заговорила Мэри:

– Интересно, справедливо ли так скоро осуждать мистера Дарси? Есть, знаете ли, разница между гордыней и тщеславием. Одно из этих качеств заслуживает гораздо большего осуждения, чем другое.

Тщеславный человек хочет, чтобы другие думали о нем хорошо, независимо от его добродетелей. Гордость же больше связана с нашим честным мнением о себе.

Она испытующе оглядела своих слушателей, надеясь услышать ответ, но никто, казалось, не мог ничего добавить к ее замечанию.

– А не может статься так, – продолжила Мэри, – что у мистера Дарси есть какое-то оправдание для такой веры в себя? Возможно, у него есть право собой гордиться.

Миссис Беннет раздраженно всплеснула руками.

– Право, Мэри, никому из нас не нужна лекция о том, как нам думать об этом человеке. Мы все уже приняли решение и не требуем от тебя дальнейших указаний.

Мэри покраснела, поняв, что опять встряла невпопад. Наступило молчание, пока не заговорил младший брат из семейства Лукас. Он с большой неохотой согласился сопровождал сестру и мать в Лонгборн из-за обещания пирога, которого пока так и не появилось.