Другая сестра Беннет

Не мог бы он рассказать им еще что-нибудь о леди Кэтрин де Бер, которая, по всей видимости, так заботилась о его комфорте и благополучии?

Лучшего предмета для разговора было не придумать. Мистер Коллинз оказался красноречив в похвалах, превознося любезность и снисходительность своей покровительницы; ее одобрение его проповедей; ее великодушие, которое она проявляла, приглашая его на обеды; ее необычайную учтивость в том, что иногда в субботу вечером она просит его составить ей партию в кадриль, когда другой джентльмен разочаровывает ее.

Для леди ее уровня подобное поведение было столь же исключительным, сколь и приятным. Она даже сочла нужным побывать в его скромном пасторском доме и одобрила все изменения, которые он в него внес, хотя и была достаточно вежлива, чтобы сообщить ему, что в шкафах на верхних этажах требовалось больше полок.

По мере того как мистер Коллинз неуклюже продолжал свой рассказ, жалость, которую Мэри начала испытывать к нему, росла. Она понимала, что сестры уже поставили на нем крест.

Мэри не могла бы сказать, что сама находила кузена достойным восхищения, но она знала, каково это – слышать, как твои слова встречают с недоумением, презрением или безразличием. Ее симпатия к нему возрастала, даже когда он, казалось, решительно ухудшал свое положение.

– Леди Кэтрин кажется гораздо приятнее многих знатных дам, – заметила миссис Беннет. – Правильно ли я понимаю, сэр, что она вдова и у нее есть дочь?

Мистер Коллинз признал, что это правда.

– Какая она, эта молодая леди? Ее считают очень красивой?

К несчастью, отвечал мистер Коллинз, мисс де Бер не обладала крепким здоровьем, которое обычно считается необходимым для красоты, но, как он часто уверял леди Кэтрин, ее внешность отличалась утонченностью, свойственной молодой женщине знатного происхождения.

– Представлена ли она ко двору, сэр?

– К сожалению, слабое здоровье не позволяет ей находиться в городе, – объяснил мистер Коллинз. – Как я уже говорил леди Кэтрин, это несчастье лишило британский двор ярчайшего украшения.

Он огляделся, довольный собой так же, как и своей ремаркой.

– Я всегда рад выразить маленькие деликатные комплименты, которые так приятны дамам.

Мэри на мгновение закрыла глаза. Теперь его судьба решена. Она увидела, как отец выпрямился на стуле.

– Я не раз говорил леди Кэтрин, что ее дочь родилась герцогиней, – продолжал мистер Коллинз. – Это те мелочи, которые доставляют удовольствие ее Светлости.