Другая сестра Беннет

Однако это дало ей представление о том, что такое счастье, а такое оказалось сложно забыть. Теперь все кончено. Все мертво и зарыто так глубоко, чтобы уже никогда не повторится. Джон Спарроу находился за много-много миль отсюда и не собирался возвращаться. Отрицать это было бессмысленно. Прошло совсем немного времени с тех пор, как она сама уверяла Лиззи, что каждый порыв чувств должен руководствоваться разумом. Теперь Мэри должна была применить этот урок к самой себе. Ее выбор был невелик и слишком важен, чтобы поддаваться влиянию неуправляемых эмоций.

Ее проводником должен стать разум, а не чувства.

– 23 –

Утром, когда Мэри втыкала в волосы шпильки, пытаясь хоть как-то укрепить прическу, миссис Хилл тихонько вошла в ее комнату.

– Вы познакомились с кузеном.

– Да, это так.

– И что же вы о нем думаете? Что он за человек?

– Боюсь, у него не так уж много друзей в этом доме. Мои сестры считают его скучным, а отец решил, что он небольшого ума, но прошу вас, не повторяйте этого.

– А что же вы, мисс? Мне интересно ваше мнение о нем.

Мэри уставилась в зеркало. Ее усилия по поводу прически не оправдались. Не говоря ни слова, миссис Хилл взяла щетку, вытащила из головы Мэри шпильки и распустила ее волосы. Пока она это делала, Мэри решила высказаться настолько откровенно, насколько только могла. Она доверяла миссис Хилл и считала, что это поможет ей сформулировать свои мысли.

– Временами он действительно кажется нелепым, – начала она, – но я не верю, будто в нем есть что-то порочное.

Думаю, он нерешителен и неуверен в себе, и это делает его склонным говорить слишком много без всякой пользы. Он верит, что его лесть понравится тем, кому он ее посвящает, но результат часто оказывается прямо противоположным.

– Значит, вы его жалеете?

– Немного. Мистер Коллинз – такая соблазнительная мишень для насмешек моего отца, что невозможно не испытывать к нему хотя бы некоторого сочувствия. Хотя, признаюсь, никто, кроме меня, не считает так же.

Миссис Хилл умело скручивала волосы Мэри в гладкий узел и надежно закрепляла его на затылке.

– Значит ли это, что вы можете смотреть на него… с дружелюбием?

– Это очень прямой вопрос.

– Я уверена, вы понимаете, что я имею в виду, – невозмутимо отвечала миссис Хилл. – Я хотела бы знать, думали ли вы о нем… в супружеском смысле. Он выражается как начитанный человек, и он уже испросил разрешения пользоваться библиотекой.