Война и мир. Том I–II

C'est son filleuil[156 - Это его крестник.], – прибавила она таким тоном, как будто это известие должно было крайне обрадовать князя Василия.

Князь Василий задумался и поморщился. Анна Михайловна поняла, что он боялся найти в ней соперницу по завещанию графа Безухова. Она поспешила успокоить его.

– Ежели бы не моя истинная любовь и преданность дяде, – сказала она, с особенною уверенностию и небрежностию выговаривая это слово, – я знаю его характер, благородный, прямой, но ведь одни княжны при нем… Они еще молоды… – Она наклонила голову и прибавила шепотом: – Исполнил ли он последний долг, князь? Как драгоценны эти последние минуты! Ведь хуже быть не может; его необходимо приготовить, ежели он так плох.

Мы, женщины, князь, – она нежно улыбнулась, – всегда знаем, как говорить эти вещи. Необходимо видеть его. Как бы тяжело это ни было для меня, но я привыкла уже страдать.

Князь, видимо, понял, и понял, как и на вечере у Annette Шерер, что от Анны Михайловны трудно отделаться.

– Не было бы тяжело ему это свидание, ch?re Анна Михайловна, – сказал он.

 – Подождем до вечера, доктора обещали кризис.

– Но нельзя ждать, князь, в эти минуты. Pensez, il y va du salut de son ?me… Ah! c'est terrible, les devoirs d'un chrеtien…[157 - Подумайте, дело идет о спасении его души… Ах! Это ужасно, долг христианина…]

Из внутренних комнат отворилась дверь, и вышла одна из княжон – племянниц графа, с угрюмым и холодным лицом и поразительно несоразмерною по ногам длинною талией.

Князь Василий обернулся к ней.

– Ну, что он?

– Все то же. И как вы хотите, этот шум… – сказала княжна, оглядывая Анну Михайловну, как незнакомую.

– Ah, ch?re, je ne vous reconnaissais pas[158 - Ах, милая, я вас и не узнала.], – с счастливою улыбкой сказала Анна Михайловна, легкою иноходью подходя к племяннице графа. – Je viens d'arriver et je suis ? vous pour vous aider ? soigner mon oncle. J imagine, combien vous avez souffert[159 - Я приехала помогать вам ходить за дядюшкой. Воображаю, как вы настрадались.

], – прибавила она, с участием закатывая глаза.

Княжна ничего не ответила, даже не улыбнулась и тотчас же вышла. Анна Михайловна сняла перчатки и в завоеванной позиции расположилась на кресле, пригласив князя Василия сесть подле себя.

– Борис! – сказала она сыну и улыбнулась. – Я пройду к графу, к дяде, а ты поди к Пьеру, mon ami, покамест, да не забудь передать ему приглашение от Ростовых. Они зовут его обедать. Я думаю, он не поедет? – обратилась она к князю.