Утопия-авеню

Я исправлюсь. Начну смотреть «Улицу Коронации».

Дин выжимает сцепление. Зверюга катит с холма.

– Я думал, ты издеваешься.

– С какой стати?

– Да кто ж вас поймет…

– Кого – вас? Богатеньких и бестолковых?

Дин долго молчит, потом произносит:

– Это я дергаюсь. Прости.

Эльф фыркает:

– Ну да, кто бы дергался… Тут же все твои друзья-приятели.

Зверюга разгоняется на крутом склоне.

«С того и дергаюсь… – мрачно размышляет Дин. – Вот Эльф с Джаспером увидят бабулю, Билла и Рэя и подумают: „Ну и троглодиты!“ А бабуля, Билл и Рэй увидят Эльф и Джаспера и подумают: „Ишь какие фуфыри!“ А в „Капитане Марло“ нас запросто могут освистать.

Или на смех поднимут. И вообще, чем ближе к Гарри Моффату, тем мне хреновее…»

– И что за хренью вы здесь маетесь?! – Отец гневно уставился на Дина.

Рынок на Квин-стрит полон людей. Скиффл-группа, сколоченная Дином на этой неделе, самозабвенно исполняла «Not Fade Away»[45 - Здесь: «Не исчезнет» (англ.).]. Билл и бабуля Мосс организовали складчину и в подарок на Диново четырнадцатилетие купили настоящую электрогитару, чехословацкую «футураму».

Песню отыграли, ни разу не слажав, а в крышке табачной жестянки поблескивали медные монетки. Кенни Йервуд и Стюарт Кидд пели и играли на стиральной доске, но лидером группы был Дин. Это Дин выучил аккорды, Дин задавал тон, Дин не позволял Кенни и Стюарту струхнуть. Девчонки же смотрели. А некоторые даже восхищались. Впервые за долгие месяцы Дину было весело, а не кисло и уныло. Ну, до тех пор, пока не появился отец.

– Я кого спрашиваю?!

– Пап, мы тут просто… играем, – пробормотал Дин.

– Играете? Вы попрошайничаете!

– Нет, что вы, мистер Моффат, – начал Кенни Йервуд, – это не попрошайничество, а…

Отец Дина наставил на него палец:

– Так, валите отсюда, вы оба.

Кенни и Стюарт Кидд с сожалением глянули на приятеля и смылись.

– О матери бы подумал! Вот что она скажет?!

Дин сглотнул:

– Но мама же играет на пианино…

– Дома! Не прилюдно! Не на весь белый свет! Ну-ка, подними…

Отец презрительно посмотрел на жестянку с монетками, дождался, пока сын ее поднимет, и повел его через дорогу, к газетному киоску мистера Денди.

Рядом с киоском стояла большая пластмассовая копилка для сбора пожертвований, в виде черного лабрадора-поводыря, с прорезью для денег на макушке.

– Высыпай. Все, до последнего фартинга.

Деваться было некуда. Все монетки исчезли в прорези.

– Еще раз такое учудишь – и прости-прощай твоя гитара.