Бывшая Ленина

Ты же звонить вообще не умеешь, да?

– Будто кто-то вообще умеет, кроме дедков с работы.

– И Артема. Зар-раза.

Иван метнулся к ноутбуку, который вместо выхода бойцов в октагон опять транслировал на большой экран черный прямоугольник с надписью про временную потерю сигнала. Контрабандные трансляции отслеживались и гасились всё свирепее. Тем интереснее было вычерпывать остаточки.

Оправившийся от смущения Тимофей минуты три ироническими комментариями под пиво и вычурную закусь сопровождал прыжки Ивана по сайтам и стриминговым платформам.

Иван все свирепей материл фейковые ссылки, рекламные окна и загипсованную руку, которой дважды, забывшись, пытался охватить левую часть клавиатуры. Нашелся лишь вариант на португальском, зато с хорошей, пусть и замирающей время от времени картинкой.

– Снесся – вот и траблы, – пояснил Тимофей, вытирая руки салфеткой: пачку таких он всегда носил с собой. – В «Одноклассниках» лучше качество.

– Мечтай. Давно зачистили всё и в «Одноклассниках», и «ВКонтакте».

Сам, небось, и помогал чистить.

Тимофей самодовольно заржал и сказал назидательно:

– Ибо нефиг. За удовольствие надо платить. Копейки же – сколько там Pay-per-view[10 - Pay-per-view («плата за просмотр», англ.) – трансляция на платной основе. Характерна для топовых соревнований по боксу и MMA.], полторы? Одолжить?

– Обойдутся. Интернет должен быть бесплатным, как говорится.

– Банкир said[11 - Said – сказал (англ.).], – отметил Тимофей.

– Платный тролль said, – парировал Иван.

 – Если ты круглые сутки по сто сорок шесть копеек за камент рассовываешь, это не значит, что все вокруг продажные твари, ольгинские тролли и твои заказчики.

– Ну да, есть еще рукопожатные креаклы, которым западло платить за товар.

– Поссоримся, – предупредил Иван.

Тимофей повел бородой.

– Ну давай не будем. Как рука?

– Чешется.

– К деньгам.

– Все-таки припер сто сорок шесть? Я, прости, выпилился же.

Тимофей вздохнул и, закатив глаза, рухнул в кресло-мешок – и тут же, со стуком и воем – чуть дальше, лопатками в пол.

Иван запоздало дернулся и сказал расстроенно:

– Блин, куда с размаху-то, оно же говно давно. Башкой шарахнулся?

Тимофей, не вставая, попытался растереть спину, поерзал лопатками по полу, проползая поперек мешка, подобно мультипликационной гусенице, и сообщил:

– Стихи, ишь ты, «оно – говно». Возьму тебя эсэмэмить, бабос поднимем, на любой Pay-per-view хватит.