Путешествие на Запад. Том 4

Хотите знать, о чем взывала она? Вот ее слова:

– О наставник! Как мог ты не пожалеть человеческой жизни и обречь меня на верную гибель? Как после этого ты сможешь поклониться Будде и просить у него священные книги?

Услышав эти слова, Танский монах тотчас же придержал коня и воскликнул:

– Сунь У-кун! Ступай назад и освободи деву от веревок.

– Что это ты, наставник, опять вспомнил про нее? – удивился Сунь У-кун.

– Да она ведь кричит! – ответил Танский монах.

– Ты что-нибудь слышишь? – спросил Сунь У-кун, обращаясь к Чжу Ба-цзе.

– У меня, должно быть, уши заложило, – ответил тот, – ничего не слышу.

– Ну а ты, Ша-сэн, что-нибудь слышал?

– Мне что-то ни к чему: иду себе с ношей, ни о чем не думаю, поэтому ничего не слышу, – ответил он.

– Вот и я тоже ничего не слышу, – сказал Сунь У-кун, обращаясь к Танскому монаху. – Ты скажи, наставник, что она там кричит?

– Упрекает меня, – ответил Танский монах, – и совершенно справедливо. Говорит, как смогу я предстать перед Буддой и просить у него священные книги после того, как оставил ее погибать в лесу.

Знаешь поговорку: «Спасти человеческую душу лучше, чем выстроить семиярусную пагоду». Живо ступай, освободи ее! Сейчас это, пожалуй, важнее, чем священные книги и поклонение Будде!

Сунь У-кун дерзко рассмеялся:

– Наставник! Раз тебе так приспичило совершить доброе деяние, то ничего не поделаешь, снадобья от этого нет никакого! Но ты вспомни, сколько гор тебе пришлось перейти за то время, что ты покинул восточные земли! Сколько злых дьяволов-оборотней попадалось в этих горах? Они хватали тебя, тащили в свои пещеры, а мне, старому Сунь У-куну, то и дело приходилось пускать в ход свой посох, убивать всяких бесов, чтобы выручать тебя из беды.

И вдруг сейчас ты решил проявить жалость к какой-то ведьме-оборотню и хочешь, чтоб я спас ее.

– Вот что я скажу вам, братья мои, – серьезно проговорил Танский монах, перебивая Сунь У-куна. – Еще древние люди говорили: «Если можешь совершить благодеяние, пусть самое малое, никогда не пренебрегай им; если же совершил злодеяние, не оправдывайся тем, что оно невелико».

Послушай меня, Сунь У-кун, и спаси несчастную деву!

– Ах, вот как! – грубо воскликнул Сунь У-кун. – Раз уж на то пошло, то скажу тебе прямо, что это дело мне, старому Сунь У-куну, не под силу! Если хочешь спасти оборотня, спасай, я не смею больше отговаривать тебя, а то ты опять разозлишься. Поступай как хочешь, только спасай ее сам!

– Замолчи! – крикнул Танский монах.