Фрекен Мод просила ее не беспокоить

Там, внутри, стоял гул от трех раскочегаренных отопительных котлов. За толстыми заслонками пылал огонь. Жар этого пламени нагревал аккумуляторную цистерну, которая обеспечивала горячей водой весь дом. Горячая вода также по трубам подавалась в отопительную систему, обогревая жилые помещения. Отец, бывало, говорил, что котельная – это сердце всего дома.

Они принялись озираться вокруг, но очень скоро поняли, что и в котельной Шарлотты тоже не было. Хильда угрюмо ткнула пальцем в стальную дверь:

– Угольный подвал! – пришлось ей повысить голос, чтобы перекричать гул котельной.

На двери не было замка, она открывалась и закрывалась с помощью засова. Он тоже был сделан из металла и на вид выглядел довольно громоздким, однако Хильда справилась с ним без особых проблем. Горничная распахнула дверь, и обе они заглянули внутрь.

«Обычно говорят “темно, как в угольной шахте”, но в угольном подвале темнота ничуть не хуже», – подумала Мод. Хильда нащупала выключатель, и под потолком зажглась одинокая лампочка.

На полу были сложены штабеля мешков с углем, а в центре высился настоящий угольный отвал. Туда была воткнута лопата, а рядом стояла в ожидании груза небольшая тачка.

Шарлотты не было и здесь, да они, пожалуй, и не ожидали ее здесь увидеть. Она никогда бы не осмелилась пройти через котельную, в которой стоял такой сильный гул.

С невыполненным поручением и несколькими пятнами сажи на одежде Мод с Хильдой вернулись в апартамент. В холле к ним бросилась мать, со слезами на глазах рассказывая, как обнаружила Шарлотту, свернувшуюся калачиком в углу сушильной комнаты.

Там сушились чьи-то простыни, так что она вполне могла и не заметить дочь, спрятавшуюся в темном углу. Сейчас Шарлотта уже была уложена в постель, а мама как раз собиралась на кухню, чтобы сварить для нее чашку горячего шоколада. Мод тоже получила порцию. Вдобавок она ухитрилась утащить к себе полпакета материного английского печенья. Его Мод припрятала в нижнем ящике своего письменного стола.

Украденное печенье Мод расходовала экономно. Обычно она позволяла себе съесть штучку, когда делала уроки. Вот и сейчас, едва она проглотила последний кусочек печенья, раздался отчаянный крик сестры. Как обычно, Шарлотта выбралась наружу именно в такой момент, когда дома не было ни мамы, ни Хильды! Обе они ушли по делам, и Мод не знала, когда они вернутся. Уже начинало смеркаться, и очень скоро станет совсем темно.