Совсем другое время (сборник)

Коротким, но ровным клином на скамейке вытянулись арбузные корки. Соловьев аккуратно их собрал и перенес в стоявшую неподалеку урну (для вытирания рук в сумочке Зои тут же нашлась пачка бумажных платков). Оставалась еще ровно половина арбуза, которая была положена в целлофановый пакет.

Выйдя из парка, они направились к морю. В вечернем полумраке сигнал маяка всё явственней принимал форму растущего вширь луча. Ритм его мерцания притягивал к себе внимание, заставлял ожидать новой вспышки и невольно отсчитывать секунды до ее появления.

Под легким сумеречным бризом стало окончательно понятно, до чего жарко было днем.

– У меня завтра выходной, – сказала Зоя. – Хотите, пойдем на пляж?

– Я не умею плавать.

Он произнес это почти обреченно. Так в постели с видавшей виды дамой сообщают о своей неопытности.

– Я вас научу, – пообещала Зоя после паузы. – Это совсем несложно.

Когда они подошли к Зоиному дому на улице Боткинской, совсем стемнело. Это было двухэтажное здание с высокими готическими окнами.

Вот, оказывается, где жил генерал, подумалось Соловьеву. От заросшей виноградом стены дома отделилась фигура, в первый момент незаметная.

– Добрый вечер, Зоя Ивановна. Проходил, увидел, что нет света в окнах, – решил подождать.

Соловьев рассмотрел незнакомца в свете фонаря. Перед ними стоял человек лет за шестьдесят в светлой полувоенного покроя рубахе. Его облик – от тщательно отутюженных брюк до зачесанных назад волос – был образцом особого старомодного лоска, каким он предстает в лакированных студебеккерах и испано-сюизах, нет-нет, да всплывающих в автомобильном потоке Ялты.

– Всё в порядке, – сказала Зоя без удивления.

Она сделала несколько шагов к двери парадного и, ни на кого не глядя, добавила:

– Спокойной ночи.

6

Когда часам к десяти утра Соловьев и Зоя пришли на пляж, там уже было полно народу. Они осторожно переступали через раскинутые руки, заклеенные носы и блестящие от крема желеобразные попки. На этой ярмарке плоти уже не оставалось целых тел.

Наведя потерянный было фокус, у стойки с висящим спасательным кругом Соловьев заметил свободное место. Его как раз хватало для двух полотенец. То, что это место располагалось возле спасательного круга, Соловьев счел несомненной удачей. В критическом для него случае средство спасения было под рукой.

Спасательный круг не потребовался. Совершенно неожиданно для Соловьева Зоя оказалась прирожденным инструктором по плаванию.