«Ромео и Джульетта». Перевод И. Диденко. 2017 год

Ромео:

– Большое сердце! Отчего?

Бенволио:

– Я соболезную твоим страданьям!

Ромео:

– Так почему же прегрешения любви

Мутят мой взор и давят грудь,

Что не вздохнуть? А это ты

Мне состраданием душу отравил

И в море слёз ещё своих подлил.

Любовь – как дым от выдохов и вздохов,

И яркий блеск во тьме любимых глаз,

И слёз поток, бушующий жестоко…

Так, что ещё? Безумье всякий раз,

Удушливая желчь и сладкая наживка.

Прощай, кузен!

Бенволио:

– Полегче, стой! Я за тобой шагаю,

Хоть мало до сих пор я понимаю.

Ромео:

– Я не Ромео, он ушёл.

В другом бы месте ты его нашёл.

Бенволио:

– Скажи серьёзно мне: кого ты любишь?

Ромео:

– Могу лишь прорыдать, кого люблю.

Бенволио:

– Рыдать не нужно, просто мне скажи.

Ромео:

– А просто говорить больному о том, что умирает он?

И вместо слов родить предсмертный стон!

Но так и быть, тебе открою правду: я женщину люблю!

Бенволио:

– Я в цель попал своей догадкой!

Ромео:

– Ты меткий парень, поклянусь я пяткой!

Бенволио:

– Чем лучше цель, тем метче мы стреляем!

Ромео:

– Но в эту цель, увы, не попадаем!

Стрела ей Купидона не страшна —

Невидимой бронёй защищена она!

И смысла нет упрашивать, вздыхать,

Чтобы в заветной чаще погулять.

Её не взять ни золотом, ни словом

И ключ не подобрать к её оковам.

Никто в тот сад дорогу не найдёт,

Она свой дар в могилу унесёт.

Бенволио:

– Она блюдёт невинность, что ли?

Ромео:

– И в этом-то огромнейшее горе!

Когда такой большой потенциал

Без дела зря на полке пролежал.

Когда ты целомудрию служил,

А отпрысков на свет родить забыл.

Как видно, чересчур мудра она

И верною решимостью полна

Невинность охранять с недюжей силой

И в результате – завести меня в могилу.

Бенволио:

– Я дам тебе совет отличный,

В подобных случаях он выручал меня не раз:

забудь её!

Ромео:

– О, как забыть мне, умоляю, научи!

Бенволио:

– Даванием глазам свободы узри других девиц обводы.

Ромео:

– О, это путь лишь убедить меня в обратном!

Сравнив её с другими прелестями,

Сильней я буду видеть красоту её.

Когда от красоты небесной ты ослеп,

То лишь на ней сошёлся клином свет.