Семейное проклятие

И совсем не хочется ей – да еще настолько внезапно! – превращаться из гламурной, успешной деловой женщины в суматошно-бестолковую мамашу с коляской.

И еще один повод есть для беспокойства: она ж всю беременность вела себя кое-как. И помыслить ведь не могла, что ждет ребенка! Врачи сами виноваты: в течение многих лет внушали, что с ее кучей диагнозов интересное положение невозможно, поэтому и предохраняться смысла не имеет. Да у нее к тому же и критические дни все эти месяцы исправно приходили. Ну да – какие-то странные.

Изредка. Совсем по чуть-чуть. Но Вера расстройство цикла беспечно списывала на какую-нибудь очередную болячку и к врачу идти даже не думала.

Милена по этому поводу теперь рвет и мечет:

– Раз были кровотечения! Это фактически постоянная угроза выкидыша! Надо было соблюдать постельный режим, ставить капельницы, пить препараты кровоостанавливающие! А вы – все время на ногах. Нервничали. Младенец, конечно, испытывал гипоксию… Плохо. Очень плохо.

– Так, может, он вообще уродом родится? – чрезвычайно перепугалась Вера.

– Что ж, будем проводить все необходимые скриннинги. Те, что еще возможны на вашем сроке, – вздохнула доктор.

– Но я ведь и алкоголь пила, – продолжала волноваться Бородулина. – И снотворное иногда. Работа-то нервная. Может быть… лучше прервать беременность? Ну, в смысле: преждевременные роды вызвать?

– Да что же вы такое говорите?! – всплеснула руками Милена Михайловна. – Прервать?! Убить ребеночка? После того как вы столько лет боролись за право стать мамой?! Нет, нет, даже не думайте об этом.

Будем надеяться, что Бог – после всего, что вам пришлось вынести, – охранит вас и вашего малыша. Просите его об этом.

Однако сама Вера не сомневалась: вряд ли Бог что-то выполнит для нее, сколь бы горячо она прощения у него ни вымаливала.

«Вот кошмар будет, если рожу какого-нибудь недоразвитого. Да еще без мужа. К тому же денег у меня много только по меркам какой-нибудь учительницы из Зауралья. А по московским стандартам – я даже на крепкий средний класс не тяну», – растравляла себя Бородулина.

Можно, конечно, прижать к ногтю отца ребенка…

Кто им был – она не сомневалась. Юный симпатяга и бывший ученик Аллы Кузовлевой – Кирилл Бодрых.

Вере ни капли не было стыдно за ту странную, лихорадочную ночь, когда она подсыпала транквилизатор молодому теннисисту, а после того, как парень впал в беспамятство – банально взяла его. Пусть он ничего и не соображал, но тело у него оказалось что надо.