Сказания о великих царях. Пересказ эпоса «Махабхарата»

При виде Арджуны слезы восторга и гордости полились из глаз Кунти, молоко вдруг прилило к груди:

– Сын! Сын?!

И горькое предчувствие сдавило горло Златокудрой Царицы, перехватило дыхание…

Огненным оружием зажег огонь Арджуна и потушил его движением руки. Вызвал поток воды – целый океан! – и остановил его: ушла вода, будто ее и не было. Налетели свирепые, буйные ветры и, свернувшись калачиками, улеглись котятами у ног повелителя Арджуны. Сошлись огромные горы и рассыпались в прах перед Серебряным Воином.

А где же он сам? Пропал, исчез на глазах у всех несравненный Арджуна!

– Взгляните наверх, за трибуны! Видите? Движется железный вепрь – мишень! – переговаривались зрители.

И вдруг откуда ни возьмись вырвался град стрел – Арджуна появился на арене, – и все они, как одна, вонзаясь в оперенье друг друга, попали в цель. Длинный сверкающий мост, мост в бессмертие, славу!

Явление Золотого Воина

Закончил свое выступление Арджуна. Закончились состязания. Смолкла музыка, стали расходиться люди, переговариваясь, обсуждая невиданное зрелище.

Но вдруг послышались раскаты грома.

– Нет! – вскрикнула Кунти. – Нет, Карна, нет!

Но поздно! Словно исполин, подобно тысячам слонов сотрясая землю, вышел на арену неизвестный воин. Глаза медовые, волосы отливают золотом, в ушах – золотые серьги, что горят безжалостным огнем уничтожения, на могучем теле – золотой доспех-панцирь. Ростом и стройным станом напоминает он золотистое пальмовое дерево, а могучим телосложением – Гималаи.

До чего красив Карна! Это увидели все, от мала до велика.

Даже Серебряный Воин померк рядом с ним – Золотым Воином!

Был наделен Карна мощью слона и бесстрашием льва. Голос его – рык! – был подобен раскатам грома, шуму непокорной Ганги, бушующей во время половодья.

– Приветствую вас, досточтимые цари! Приветствую тебя, великий лучник Арджуна! Пусть увидят все, кто из нас лучший. На твою погибель, на твой позор пришел Карна. Сокрушу я сегодня твою славу, перекрою умением и могуществом твои подвиги!

Затихли трибуны, слышно, как летит пчела.

Черно-золотая… – Кто этот Карна? Что за царевич? Какой страны? – прогудели удивленные возгласы, гул которых нарастал, словно бушующая волна.

Не успел еще договорить Карна, как вскочили, словно подброшенные неведомой силой, трибуны. Все, как один человек!

И возрадовался, возликовал, окрыленный надеждой, Дурьодхана: «Небо слышит меня! Нашелся достойный противник, тот, кто сразит, наконец, ненавистного Арджуну».