Поцелуй у ног богини

Некоторые акварели он возил с собой, вкладывая в тетрадку с лекциями по драме. Мария видела, что они прекрасны своей тонкостью и прозрачностью. Мгновение, остановленное красками, вот-вот исчезнет, как короткое дуновение летнего ветра.

Амир рассказывал, что навык достался им всем от матери. Мария не могла в это поверить. Бесконечно далеки были друг от друга живопись и невозмутимая хозяйка дома, которая целый день шуршит на кухне.

Когда Мумтаз проходила мимо пристройки, заметила дочку, окрикнула её. Джасми вскочила, собрала альбомные листы, виновато улыбнулась и выпрыгнула из комнаты.

В глубине дома Мария слышала, как мама говорит много рычащих, кашляющих слов.

Мария держала дверь открытой, чтобы видеть, как домашние ходят по коридору. Но они нарочно не замечали, что в пристройке у них живёт человек.

У неё не было с собой ни книг, ни рукоделия. Она думала, что у них с Амиром минуты свободной не останется, и вот оказалась безоружна против долгой пустоты. Мария готова была мыть полы, убирать, готовить на кухне.

Несколько раз она пыталась. Выходила из укрытия, улыбалась со всей добротой, бралась за посуду, но Мумтаз отстраняла её и махала рукой на пристройку с таким лицом, будто в её кухне огромный богомол.

Когда Мария нашла под диваном старую газету, то засмеялась безнадёжности своего положения: газета была на хинди. От скуки она рассматривала древнее письмо деванагари: планку со свисающими ножками букв. Картинки в газете были плохие, несколько портретов мужчин в рубашках, она рассматривала их зернистые лица.

Но она счастливой была от того, что Амир ходит рядом в путанице комнат. Прислушивалась к звуку его голоса, блуждающего между стен. Голос был тихий или чересчур высокий с родителями, низкий и весёлый с сёстрами. Она слушала его шаги на лестницах. Дом, который с улицы показался ей небольшим и бедным, превращался в её мыслях в замысловатую цитадель, напичканную секретными ходами, потайными каморками.

Будто объявленная виноватой, она выходила, пока в тесных коридорах никого не было.

Мылась чаще до рассвета или поздней ночью. Мумтаз или девочки ставили к её двери остатки риса. Никто никуда её не звал.

Амир рисует на газете

Не говори со мной о внезапной любви.

В нашей земле и муссоны идут не спеша,

Долго гуляя, словно при храме слоны.

    МИНА КАНДАСАМИ, «НЕРАЗГОВОР С ЛЮБИМЫМ»

Наконец-то Амир пришёл. Ночь поскрипывала в доме. Он принёс кусочки курицы в тёмном соусе, тонкие лепёшки роти с ужина.