Айбала. История повитухи

– А ты, я смотрю, неплохо по хозяйству управляешься, – одобрительно произнесла Зури, сняв теплое пальто с меховым воротником и усевшись на продавленный диван, покрытый ковром. – Шуше и невесток не надо с такой дочерью.

– Хотите чуду, Зури Замировна? Только из печи, еще горячие.

– Не откажусь. И чаю, пожалуй, налей. Что, Шуше дома нет?

– Ушла к Джамиле Джабаровой.

– Рожает Джамиля уже?

– Нет еще. Мама просто посмотрит ее. Скоро вернется.

– Я подожду. Разговор есть.

Айбала опять удивилась, но промолчала.

Положив на тарелку два чуду и налив в стакан чаю, она подала гостье угощение и вернулась к печи, где готовилась последняя партия лепешек.

Что понадобилось Зури Абдулхалимовой от Шуше? Они не то что не были подругами, а даже и не общались совсем, несмотря на то, что когда-то учились в одном классе.

На то имелось несколько причин.

Во-первых, Зури была бездетная, поэтому Шуше ни разу не ходила к ней как повитуха. Во-вторых, умерший в позапрошлый Рамадан[15 - Рамадан (или Рамазан) – месяц обязательного для всех мусульман ежегодного поста, один из пяти столпов ислама.

] муж Зури, самый обеспеченный человек в ауле, оставил ей большой дом и много денег, поэтому одевалась Зури с иголочки и поведение имела соответствующее. Она смотрела свысока на менее обеспеченных односельчанок, хотя, если ее звали на свадьбу даже в бедные семьи, никогда не отказывалась и всегда приходила с хорошим подарком. Она уважала традиции и никогда не уклонялась от саадака[16 - Садак – в исламе добровольная милостыня нуждающимся, а также любое благое дело ради довольства Аллаха. ].

Во многом это объяснялось тем, что Зури приходилась родной сестрой местному мулле, Садулле-хазрату[17 - Хазрат – исламский религиозный статус и уважительное обращение к человеку с таким статусом.]. Именно поэтому, как утверждали злые языки, она не продала дом и не переехала в Цуриб[18 - Цуриб – районный центр Чародинского района Дагестана, расположен в 182 км к юго-западу от Махачкалы и 141 км к юго-западу от Буйнакска.

], ближайший к аулу районный центр, где ей, с таким поведением и достатком, было бы самое место.

Прихлебывая из блюдца горячий чай, Зури наблюдала за Айбалой. Та чувствовала спиной ее взгляд и от этого становилась все более неловкой, задевая руками то одно, то другое и молясь про себя, чтобы поскорее вернулась мать. Наконец Айбала сдалась и присела на корточки у печи, делая вид, будто наблюдает за чуду, которые уже пора было вытаскивать.