Над пропастью жизнь ярче

Мишка, ее первый и единственный?

Мастер в тату-салоне?

Стоматолог? Медсестричка, что когда-то ставила капельницу?

Вычислять? Мстить? Зачем?

Лучше как можно быстрее закончить собственную никчемную жизнь.

Только не самоубийство, нет.

В Бога Саша верила и отправляться прямиком в ад не собиралась.

Да и светское общество самоубийц презирает.

Александра читала недавно про некую студентку, которая решила покончить с собой. Действо обставила эффектно. Написала предсмертную записку, положила в карман.

Потом села за руль и направила свое авто на встречную полосу.

Целую семью убила, не только себя.

Каково ее родителям после такого? Оплакивают они дочь или стыдятся ее?

Нет, своим маме с папой она ничего подобного не устроит.

Саша придумала более простой выход.

Нужно всего лишь перестать себя беречь. Время сейчас в стране тревожное, улицы вечерами темные. А еще есть сомнительные бары на окраине. Ночной лес. Наконец, скорость.

Она и раньше любила погонять: реакция благо отменная.

И габариты машины верно оценивала, и расстояние до встречных. Но при этом, как все женщины, знала меру. Едва веяло ветерком опасности – сразу ногу на тормоз. Плавненько, чтобы не занесло.

А теперь решила инстинкт самосохранения «отключить».

Там, где имелись другие участники движения, Александра ездила как прежде – быстро, но аккуратно. Но едва оказывалась на пустом шоссе – сразу начинала куролесить. Любовно оттюнингованный «жигуленок» легко разгонялся до ста шестидесяти. А если Саша заправляла его девяносто восьмым бензином, мчался почти под двести.

Камер на каждом столбе на стыке двух тысячелетий еще не было. Гаишники предпочитали не ночами в засадах таиться, а выползать на охоту в час пик, когда народу побольше.

Иногда Александра, конечно, попадалась. Ее журили, выписывали штрафы, грозились отобрать права. Но чаще удавалось отделаться малой взяточкой. И ни один, даже самый милый гаишник не взглянул участливо, не спросил: «Девуля, да что с тобой? Чего гоняешь как оглашенная? Что у тебя случилось?»

Саша входила на полной скорости в опасные повороты.

Обожала дождь – когда дорога непредсказуема. Особенно вдохновляли ее мосты, по ночам прихваченные морозцем, с хлипкими ограждениями.

Но пока ничего не получалось.

Она не осмеливалась просить Бога послать ей смерть. А сам Всевышний, видно, целью задался: сохранить ее невредимой.

За неделю безумных, с отключенным мозгом гонок – два штрафа и ни одной даже самой крошечной аварийки.