Зов ангела

Он и забыл о нем!

Птица принадлежала бывшему владельцу, оригиналу, который включил в договор обязательство для любого покупателя дома заботиться во веки веков о его любимце. Борису уже было больше шестидесяти лет. На протяжении десятилетий его бывший хозяин ежедневно посвящал час его обучению говорить. Попугай знал тысячу слов и сотни готовых фраз, которые выдавал на удивление кстати.

Будучи флегматиком, он отлично ужился с новыми хозяевами, на радость Чарли. Конечно же, птица была прекрасно знакома и с Маркусом, который обучил ее целой коллекции ругательств капитана Хэддока[7 - Арчибальд Хэддок – персонаж серии комиксов «Приключения Тинтина» бельгийского художника Эрже (Жорж-Проспер Реми), капитан дальнего плавания, лучший друг главного героя.

Капитан обожал использовать в качестве ругательств экзотические слова. В «Словаре брани капитана Хэддока» приведено 192 произнесенных им ругательных выражения, многие из которых Эрже почерпнул, просматривая словари редких слов. ]. Но это существо было тем еще шутником, и Джонатан смог лишь в определенной степени оценить его грязный характер и острый язык.

– Не спи-и-ится? – повторила птица.

– Да, представь себе, я слишком устал, чтобы спать.

– Придурок! – отозвался Борис.

Джонатан подошел к величественно сидящему на жердочке попугаю. У Бориса был большой крючковатый клюв и крепкие когти. Несмотря на возраст, его частично золотистые, частично бирюзовые перья сохранили блеск, а черный подшерсток, очерчивавший контуры глаз, придавал ему вид гордый и высокомерный.

Птица покачала длинным хвостом, расправила крылья и потребовала:

– Хочу яблок, слив и бананов…

Джонатан посмотрел на попугая.

– А не хочешь огурцов и цикория?

– Цикорий противный! Хочу орехов и аррраххххиса.

– Вот именно, а я хочу Мисс Вселенную к себе в постель. – Джонатан покачал головой и вошел в электронную почту. Ответил двум своим поставщикам, подтвердил несколько заказов столиков и закурил, глядя на тысячи огней, блестящих в океане.

Отсюда вид на залив был просто великолепен. Небоскребы делового квартала стояли перед огромным силуэтом моста Бэй-Бридж, шедшего в сторону Окленда. И тут этот момент полнейшего спокойствия вдруг нарушил необычный звонок телефона: звук скрипки. Если верить не самым глубоким музыкальным знаниям Джонатана, это было начало «Каприза» Паганини.

Телефон Маделин Грин.