Четыре стороны сердца

На что ее супруг ответил, пожав могучими плечами:

– Каждый гордится чем может.

– Итак, завтра же беремся за дело, не правда ли, Мари-Лор? Нужно будет написать не менее трехсот приглашений. Не знаю, отдаете ли вы себе отчет…

– И не забудьте пастушек, – съязвил Филипп. – Их обязательно нужно пригласить.

Он пытался развеселить сотрапезников, но атмосфера явно была слишком натянутой.

– Вы полагаете, что он их пригласил бы, если бы встретил? – саркастически спросила Мари-Лор. – Благодарите Бога, если он не утопит их в болоте…

И она умолкла, приняв вид покорной мученицы.

Со времени несчастного случая в доме Крессонов перестали называть Людовика по имени, – в их понимании, настоящий Людовик был мертв. О нем говорили «он» и обсуждали все, что имело к нему отношение, так, словно его здесь не было. Впрочем, и сам Людовик при этом, как правило, рассеянно смотрел в окно, озирая сельский пейзаж.

Анри Крессон взглянул на Мари-Лор и вдруг спросил ее елейным тоном:

– Дорогая Мари-Лор, вы так привержены точности; не скажете ли мне, который час?

– Почти восемь часов двадцать минут, – ответила та, не поднимая глаз на свекра.

– Очень-очень вам благодарен, – сказал Анри Крессон. – Надеюсь, вы меня извините, я непременно должен посмотреть дебаты и ни в коем случае не могу их пропустить. Спасибо всем, поговорим позже.

* * *

С этими словами он бесцеремонно развернул свое кресло спиной к сотрапезникам, которые так и застыли над десертом, с ложками в руках, взял пульт и включил телевизор.

После короткой рекламы и метеосводки объявили наконец нужную ему передачу.

Поскольку у остальных домочадцев был свой телевизор – на полдороге между марокканской и финской гостиными, все они разместились перед ним на китайском диване. Выбирать им, как и всем остальным французам, было особенно не из чего, и они смотрели душещипательный американский сериал, обожаемый всеми зрителями, которые уже знали его наизусть; сегодня шла заключительная, десятая серия.

По правде говоря, Филипп не меньше обеих дам интересовался любовными похождениями блестящих дельцов, их метаниями между амбициозными супругами-фуриями и дегенеративными отпрысками. Что касается Людовика, то он, начав смотреть одну из первых серий, почти сразу заснул, ко всеобщему разочарованию. Сегодня он тем не менее сел на диван и с притворным интересом воззрился на маленький черный ящик.