Богач, бедняк. Нищий, вор

– Ну, джентльмены, – не здороваясь, обратился он к мужчинам, стоявшим в прихожей, тускло освещенной сорокасвечовой лампочкой, – какое это у вас такое срочное дело, что вам обязательно надо оторвать рабочего человека от воскресной трапезы?

– Мистер Джордах, – сказал Тинкер, – могли бы мы поговорить с глазу на глаз?

– А чем здесь плохо? – ответил Джордах, стоя на ступеньке и жуя торт. В коридоре пахло жареным гусем.

Тинкер взглянул наверх:

– Мне бы не хотелось, чтобы нас слышали.

– Насколько мне известно, у нас с вами нет никаких секретов – пусть слушает хоть весь этот чертов город.

Тем не менее он открыл дверь на улицу и провел мистера Тинкера и его брата за собой в булочную – витрина ее была затянута парусиновой шторой по поводу воскресенья.

VI

А наверху Мэри Джордах ждала, когда закипит кофе. Рудольф то и дело поглядывал на часы, боясь опоздать на свидание с Джули. Томас, откинувшись на спинку стула, мурлыкал себе под нос что-то невразумительное и отбивал раздражающий ритм вилкой по стакану.

– Перестань, пожалуйста, – попросила мать. – У меня от твоего стука голова разболелась.

– Извини, – сказал Томас, – к следующему своему концерту я научусь играть на трубе.

«Хоть бы раз ответил вежливо», – подумала Мэри, а вслух настороженно сказала:

– Что они там внизу застряли? В кои-то веки у нас нормальный семейный обед. – Она укоризненно посмотрела на Гретхен. – Ты ведь работаешь вместе с мистером Тинкером. Что-нибудь натворила?

– Может, они обнаружили, что я украла кирпич, – сказала Гретхен.

– В этом доме даже один день не могут вести себя вежливо, – проговорила мать и с видом мученицы пошла на кухню за кофе.

На лестнице послышались шаги Джордаха. И он вошел в комнату. Лицо его ничего не выражало.

– Том, спустись вниз, – сказал он.

– Не о чем мне разговаривать с Тинкерами, – сказал Томас.

– Зато им есть о чем с тобой поговорить.

Джордах повернулся, вышел из комнаты и спустился вниз. Томас передернул плечами.

– Ты не знаешь, в чем там дело? – сердито нахмурив брови, спросила мать Рудольфа.

– Какая-то неприятность, – мрачно ответил он. Рудольф понимал, что теперь уж точно опоздает на свидание с Джули.

VII

Тинкеры – один в синем костюме, другой в черной лоснящейся сутане – выглядели в булочной двумя воронами-стервятниками на фоне пустых полок и серого мраморного прилавка.