Фашисты

Фашисты

Кирилл Викторович Рябов

Книжная полка Вадима Левенталя

Кириллу Рябову дан удивительный дар, избегая традиционного и часто пустопорожнего многословия русской прозы, соединять в своих рассказах все болевые точки и лейтмотивы отечественной (да и мировой) гуманистической традиции, также известной как любовь и сострадание к ближнему.

Выморочные пространства городских окраин, бесприютные квартиры многоэтажек в рассказах Рябова не повод для унылого бытописательства, но полный энергии абсурда и отчаяния пограничный мир между сном и явью, лимб без шанса на побег.

Кирилл Рябов

Фашисты

© К. Рябов, 2022

© ИД «Городец», 2022

© П. Лосев, оформление, 2022

Отец ждёт

В свой последний запой Селиванов уходил тяжело и отрешённо. Он не пил четырнадцать месяцев. Жена в очередной раз наивно поверила, что теперь так будет всегда.

Ночью он плохо спал. Сны были короткие, тревожные и безумные. Снился покойный брат. Будто пришёл грязный, прямо из могилы, и попытался залезть в окно.

Потом приснилась бывшая любовница. Селиванов собирался ей отлизать, но вдруг увидел, что вместо влагалища у неё гигантский кузнечик с головой воробья. Каждый раз он вздрагивал и просыпался. Вставал, шёл на кухню, курил, пил воду и смотрел в окно на пустую улицу. Тревога не отпускала. И странное ощущение физического неудобства. Как будто его сложили надвое, затолкали в чемодан и закрыли. Селиванов возвращался в постель. Жена тихо сопела, повернувшись спиной. Тёплая, мягкая и нежная. Ему хотелось прижаться к ней. Но он боялся её разбудить. У него были холодные руки и ледяные ноги.

Утром, выбравшись из очередного муторного кошмара, Селиванов понял, что опять обманул и себя, и жену. Она уже встала. С кухни доносился приглушённый звук работающего телевизора. Лиля готовила завтрак. На часах было ровно десять. Селиванов вышел из комнаты. На сковородке жарилась яичница с помидорами. Чайник выдувал струю пара, готовый засвистеть.

– А ты хорошо спал? – спросила Лиля, вытирая полотенцем руки.

– Ну, да, – ответил Селиванов, глядя в окно.

Улица была пуста, как и ночью.

– Просто я смотрю, в пепельнице окурков полно. Я вчера, когда ложилась, вытряхнула.

– Вставал несколько раз, потом засыпал. Какая-то чертовщина снилась.

– Какая? – спросила Лиля.

Чайник засвистел. Она погасила огонь.

– Да я толком и не помню уже.

– Надо было пустырник выпить.

– Он же на спирту, – сказал Селиванов рассеянно.

– Таблетки.