Замок

– Где?

– На постоялом дворе!

– И мне туда! – закричал К. громче всех, ему ужасно захотелось, чтобы эти двое взяли его с собой. И хотя знакомство с ними ничего особенного не сулило, но они наверняка были бы славными, бодрыми спутниками. Они услышали слова К., но только кивнули ему и сразу исчезли вдали.

К. все еще стоял в снегу, у него не было охоты вытаскивать оттуда ногу, чтобы тут же погрузить ее в сугроб; дубильщик с товарищем, довольные тем, что окончательно избавились от К., медленно протискивались в дом сквозь неплотно прикрытую дверь, то и дело оглядываясь на К.

, и К. наконец остался один в глубоком снегу. «Пожалуй, была бы причина слегка расстроиться, – подумал К., – если бы я сюда попал случайно, а не нарочно».

Вдруг с левой стороны домишка открылось крохотное оконце; оно казалось темно-синим, пока было закрыто, – очевидно, при отблеске снега – и было таким крошечным, что сейчас в нем виднелось не все лицо того, кто выглядывал, а только глаза – стариковские карие глаза.

– Вот он стоит, – услышал К. дрожащий женский голос.

– Это землемер, – сказал мужской голос. Потом мужчина подошел к окошку и добавил без враждебности, но все же так, словно был озабочен, как бы не нарушился порядок перед его домом: – Кого вы ждете?

– Жду, пока какие-нибудь сани меня не захватят, – сказал К.

– Тут сани не проезжают, – сказал мужчина, – тут дорога непроезжая.

– Но ведь это дорога в Замок?

– И все же тут дорога непроезжая, – повторил мужчина с какой-то настойчивостью.

Оба замолчали. Но мужчина, очевидно, что-то решал, потому что не захлопывал оконца, оттуда шел дымок.

– Дорога скверная, – сказал К., поддерживая разговор.

Но тот только сказал:

– Да, конечно. – Помолчав, он все же добавил: – Если хотите, я вас довезу на санках.

– Пожалуйста, довезите! – обрадовался К. – Сколько вы с меня возьмете?

– Ничего, – сказал мужчина. К. очень удивился. – Вы ведь землемер, – объяснил мужчина, – вы имеете отношение к Замку. Куда же вы хотите ехать?

– В Замок, – ответил К.

– Тогда я не поеду, – сразу сказал мужчина.

– Но я же имею отношение к Замку, – сказал К., повторяя слова мужчины.

– Возможно, – уклончиво сказал тот.

– Тогда отвезите меня на постоялый двор, – сказал К.

– Хорошо, – сказал мужчина, – сейчас вывезу сани.

Видно, тут дело было не в особой любезности, а, скорее, в эгоистичном, тревожном, почти педантическом стремлении поскорее убрать К. с улицы перед домом.