Чертово колесо

– О медицинском, – невозмутимо ответил старик, но майор заметил, как из-под войлочной серой шапочки по лбу хозяина тоже поползла струйка пота, усмехнулся:

– Медицинский, говоришь?

– Медицинский, – подтвердил старик. – Когда начались эти кооперативы, ко мне пришел один дальний родственник, Гватуа из Хашури, и предложил сделать кооператив – лекарства готовить. Говорил, большие деньги за лекарства дают, в Грузии все день и ночь только и делают, что лечатся… У меня как раз место пустовало, вот этот подвал, я и согласился.

Он подвал оборудовал, женьшень посадил, алоэ, мак, еще что-то, я не знаю, он меня к растениям не подпускает. Я только наверху воду открываю-закрываю. Открою-закрою, – для большей убедительности старик жестами показал, как это он делает. – С водой у нас плохо. А здесь часто поливать надо. Но если хорошо поливать – жирно растет.

– Жирно растет, говоришь? – ехидно переспросил майор, играя стеблем с головкой. – Грамм за сколько продаете? – поинтересовался он невзначай, прохаживаясь по теплице и трогая растения.

– Не знаю… Гватуа посадил – Гватуа режет – Гватуа продает, а я только кран с водой открываю-закрываю и лампочки меняю, если перегорят.

Старик с таким безмятежным видом повторял эту ахинею, что майор даже на секунду усомнился – может, он и в самом деле такой невинный и простецкий?.. Но, отметив еще раз струйки пота и заглянув в запавшие глаза старика, покачал головой, удивляясь своей наивности – да это же чудовище! Вот кто действительно пол-Грузии отравил, а не Кукусик или этот лысый райкомовец, давший им такой отличный накол, дай бог ему здоровья!

– В общем, плохи твои дела, дядя Михо, – резюмировал он.

 – Тут имеем выращивание, изготовление, хранение… Где, кстати, товар хранишь?

– Нигде не храню. Гватуа увозит.

Пропустив мимо ушей очередное упоминание о мифическом Гватуа, майор продолжал высчитывать, сколько лет грозит старику и сыновьям – выходило всем по пятнадцать, как минимум.

Старик, послушав майора, снял шапочку с бритой головы, утерся и спросил:

– Сколько?

– Пятнадцать.

А может быть, и стенка. Шутка ли – мак выращивать?

– Я о другом спрашиваю. Сколько надо, чтобы вы ушли?

– Да ты что?! Мне орден дадут за это!

– Тысячу долларов! На троих.

Майор громко рассмеялся и щелкнул маковой головкой старика по лбу:

– Старый, а дурак! Кахетинский осел!

Старик невозмутимо пялился на него:

– Что, мало? Им по триста, тебе – четыреста.

– Пошли, приведем понятых, будем оформлять.