Открытая дверь

А еще роскошный букет роз, который она приняла с трепетом – никогда еще и никто ей таких цветов не дарил. Стояла, уткнув нос в эти розы, чуть не плакала. А Ромочка смотрел на нее с удивлением – чего ты, мол? Она так и не смогла ему ничего объяснить, только проговорила тихо:

– Надо цветы в вазу поставить… Какую можно взять вазу, Ром?

– Да любую… Вот эту хотя бы… – указал Ромочка рукой на каминную полку. – Давай я тебе помогу!

– Давай… А то разобью еще…

И снова он глянул настороженно, будто удивлялся слезливым ноткам в ее голосе.

Она и сама им не рада была, но ведь не станешь объяснять, откуда они взялись! Не расскажешь, что проявление такого тепла и заботы слишком для нее непривычно, что научилась жить в равнодушии и в неприязни. А еще равнодушие и неприязнь со стороны мачехи можно было назвать ожиданием того момента, когда падчерица свалит из дома на все четыре стороны. Мол, воспитала, вывела в люди, из дому не выгнала – будь мне благодарна до конца своих дней.

А тут – цветы… И дом этот шикарный… И взгляд теплый, участливый.

И молчание тактичное. Конечно, ей все это непривычно!

– Ну что, освоилась на новом месте? – спросил Ромочка, стараясь придать голосу побольше непринужденности. Наверное, хотел как-то вывести из этого слезного замешательства, за что она ему была очень благодарна.

– Да, освоилась… Только в доме мало нахожусь, в основном по участку гуляю. Даже телевизор включаю редко, а на второй этаж ни разу не поднималась. Я… Я очень аккуратно со всем обхожусь, ты не думай…

– Да перестань, Ирина! Ну что ты… Будто все время извиняешься за что-то!

– Ну как же… Такой дом… Я боюсь что-то не так сделать, вдруг испорчу нечаянно!

– Дом как дом, ничего особенного, подумаешь! И даже в голову не бери, если вдруг покажется, будто что-то неправильно делаешь!

– А ты… Ты так же живешь, да? То есть… У тебя такой же загородный дом есть, наверное?

– Ну да, есть… Только не у меня, а у родителей.

Но я не люблю там бывать…

– А почему?

– Не знаю. Я не любитель всех этих пасторальных прелестей.

Я больше городскую жизнь люблю. А чем это у тебя так вкусно пахнет?

– Так я суп сварила… Куриный с лапшой… Ой, ты голодный, наверное?

– Да. Ужасно голодный.

– Давай я что-нибудь тебе приготовлю, хочешь?

– Да зачем? Я бы поел твоего супа… Куриного с лапшой.

– Да ну… Он же совсем простой… Ты ведь не ешь такое, наверное…

И опять он странно посмотрел на нее, будто огладил взглядом, немного снисходительным.