Успеть изменить до рассвета

Неожиданное и совершенно неприемлемое предложение футболиста, хоть и было постыдным, вдруг подняло ей настроение.

Кононова шла зимними яркими улицами к метро «Китай-город», и в душе у нее все пело: значит, она блеск – молода, красива и желанна, раз юные глупые мальчики на нее с такой силой ведутся! Не все еще, значит, потеряно в ее жизни, и многое еще впереди.

* * *

У «Китай-города» Варя позвонила по своему «левому» мобильнику Петренко.

Кто бы мог подумать, что им придется таиться – не в ходе спецоперации, не от злодеев-ворогов, а от вроде бы своих! И ничего ведь они не замышляли, просто хотела Варя с полковником посоветоваться – по работе.

Но – с какой вдруг стати? (Мог бы возникнуть вопрос у тех, кто теперь власть в комиссии взял. Почему это она не непосредственному начальству докладывает, а сотруднику, который до ее дел официально никакого касательства не имеет? Давай, Кононова, пиши рапорт, подавай по команде.) Но шалишь, не готова была Варя вот так, за здорово живешь, от своего старшего товарища отказаться. И перестать бегать к нему советоваться, как заведено было в течение пятнадцати почти лет.

Однако чтобы избежать ревнивого пригляда со стороны нынешних командиров-начальников, требовалась осторожность. Отсюда – звонки по «левым» телефонам и именование в ходе разговора полковника «папой». А Петренко, в свою очередь, во время эфирных бесед ее «дочей» называл. Хоть и стыдновато было – вроде как она родного покойного отца-генерала этим прозванием предает.

Но, с другой стороны, по службе полковник за все эти годы ей помог стольким, что мало кто из сродственников мог бы с ним сравняться.

– Папуля? – спросила она в телефон. – Можем увидеться накоротке? Прямо сейчас?

Они договорились встретиться через час, где всегда – недалеко от места службы, там, где нет поблизости ничьих ушей – в парке Кусково.

Петренко история с понижением в должности сильно подкосила. Явно было видно, как постарел он, поседел, слегка осанку потерял, и походка стала не такой молодцеватой, как у князя Андрея Болконского – скорее слегка согбенная, шаркающая.

Но мину полковник держал, по плечу Варю при встрече похлопал, усмехнулся:

– Ну что, доча? Чего вызывала? Рассказывай!

Они не спеша пошли по заснеженным дорожкам Кускова в глубь парка. Морозным парковым воздухом дышалось легко. За деревьями мелькал лыжник в красном свитере, но вскоре убежал вперед, исчез за кустами и буреломом.