Минуты будничного счастья

Сцена, на которую я хотел обратить его внимание, уже началась, а я все не унимаюсь: “Смотри, смотри, сейчас”. А когда она заканчивается, шепчу ему в ухо: “Правда замечательно? А сейчас слушай, сейчас будет самая остроумная фраза в картине”. И сразу после этой фразы: “Правда остроумно?”

* * *

Когда она на меня не сердится – не за то, так за другое.

– Все хорошо?

– Да, все хорошо. А что?

– Я думал, ты на меня сердишься.

– А почему я должна сердиться? Я не сержусь.

В самом деле: все до единого счета за прошлый месяц оплачены. Спасибо.

Я счастлив, даже когда говорю ей: пожалуйста, не кричи, я не глухой…

И когда она в ответ кричит: откуда ты взял, что я кричу?

Слегка смазать цитроновым стиком руки и ноги и носить на себе этот запах.

Эсэмэски после одиннадцати вечера, которые спрашивают “где ты?”, которые говорят много больше того, что говорят.

* * *

Вечером в Риме по улицам дефилируют бутылки вина.

Привычная для наблюдательного глаза картина. Одни аккуратно завернуты в тонкую бумагу энотеки, другие прячутся в полиэтиленовых пакетах супермаркетов, а то и в пакетах какого-нибудь магазина готового платья, прихваченных в последнюю секунду перед уходом из дома. Нагота бутылок попроще ничем не прикрыта, их крепко держат в руке люди, выходящие из машин или идущие по тротуару, внимательно изучая номера домов в поисках нужного адреса.

Вечером в Риме устраивают званые ужины. Приглашенные на ужин приносят бутылку вина. Этому молчаливому уговору неукоснительно следуют все, и тем не менее предусмотрительные хозяева дома сами покупают вино к столу: во-первых, они не знают, какое вино принесут гости, во-вторых, нельзя же откровенно рассчитывать на вино, которое принесут другие, и, наконец, в-третьих, всегда найдется кто-то, кому придет в голову явиться для разнообразия с мороженым или с тортом (мороженое и торт тоже нужно иметь в доме, хотя их может принести кто-то из гостей).

Когда гости входят, у одного из них в руке бутылка, и, как правило, на лестнице они только что спорили, кто из них должен ее нести. Спорили же они потому, что в момент перехода бутылки из рук гостя в руки хозяина (или хозяйки) тот и другой (или другая) испытывают определенную неловкость, в которой виновата как раз негласность уговора.