Невероятные происшествия в женской камере № 3

 – Тьфу!

– Да не выдумываю я!

– Ну да, рассказывай!

Пока остальные наперебой дразнили Ирку, Майя вдруг наклонилась к Ане и прошептала:

– А почему ты про ножницы спросила?

Ане так хотелось поделиться с кем-то своими переживаниями, что она уже открыла было рот, но вдруг поняла, что не может сформулировать ответ. “Мне приснился кошмар про Иру и ножницы, а потом она сказала слово «ножницы», и я увидела в этом зловещую связь”? Звучало не очень.

– Просто удивилась ее странной ассоциации, – угрюмо ответила Аня.

Разговор сменился, только когда Катя с Дианой перешутили все шутки, а Ирка совсем разобиделась и перестала отвечать. Аня то и дело поглядывала на нее, словно все еще надеялась рассмотреть что-то необычное, но ничего не замечала. Она сама не понимала, верит она Ирке или нет, но ее неотступно грызло беспокойство – слишком странным казалось ей совпадение с ножницами. Она понимала, что любой другой человек, услышав ее, покрутил бы пальцем у виска, но отделаться от неясной тревоги не могла.

Когда у них в камере выключили свет, Аня долго не закрывала глаза – караулила. Ее соседки ровно дышали, лежа в кроватях, а Ирка и вовсе захрапела, как только ее голова коснулась подушки. Аня же настойчиво вглядывалась в полумрак, чтобы не пропустить, если опять начнется вчерашняя чертовщина. Вокруг, однако, царила полная тишина, только изредка капал кран и в других камерах шумела вода, и Аня не заметила, как уснула.

День третий

Сквозь дремоту она чувствовала, что на нее кто-то смотрит.

Взгляд был таким назойливым, что проникал даже сквозь толщу сновидений. Аня пыталась проснуться, но никак не могла – сон сковывал ее, и она лежала, беспомощная, не в силах пошевелиться. Ане казалось, что ее затягивает все глубже и глубже на дно, а чужой взгляд давит на нее сверху, не дает всплыть. Собрав волю, Аня рванулась вперед – и неожиданно распахнула глаза. Она дышала так тяжело, как будто в самом деле только что вынырнула на поверхность.

Рядом никого не было, и никто на нее не смотрел. Все Анины соседки еще спали, и только Майя читала вчерашнего Ю Несбё. Ее кукольное лицо было спокойно, как водная гладь в безветренный день – ни единой эмоции на нем не отражалось. Она сидела на кровати, придерживая страницу рукой, и задумчиво накручивала прядь волос на палец.

Аня была так рада вырваться из своего муторного сна, что возвращаться в него, несмотря на раннее утро, не собиралась.