Возвращение в Острог

Поняв, что лучше зайти в другой раз, парень аккуратно встаёт, однако нечаянно задевает и роняет стул. Хлопок будит участкового, и, потерев глаза, мужчина вспоминает теперь, что Павлов, вероятно, пришёл не просто так:

– Слушай, Петь, а ты чего припёрся-то?

– Хочу написать заявление.

– Это-то я понял, не дурак, а случилось-то что?

– Я шёл мимо «Бастилии», а мужики какие-то неместные курили в неположенном месте.

– И?

– И я подошёл, чтобы сделать им замечание…

– Так…

– И они обматерили меня.

– Как обматерили?

– Я не хочу повторять.

– А что же я им предъявлю?

– Грубость!

– Грубость? Господи, Петак, ты специально припёрся сюда, чтобы написать заявление на мужиков, которые тебя послали подальше? Сунул бы им в табло, и дело с концом!

– Если все будут друг друга бить – что же из этого получится?

– Мир получится, Петя, мир! Только если дерёшься за свои убеждения – можно прекратить войну! Люди, Петь, потому так безответственно себя ведут, что чувствуют свою безнаказанность.

Если б ты им сразу по щам надавал – поверь мне, сразу бы свернулись!

– Но так же нельзя! Есть же закон!

– Ох, Петька-Петька… – участковый тяжело вздыхает и, встав из-за стола, открывает форточку. Потерев переносицу, он закуривает самокрутку и, сплюнув попавший на кончик языка табак, с усталостью говорит: – Понарожают вот таких, как ты, Петь, а нам потом разгребай. С самого детства людям вроде тебя следует объяснять, что мир этот – говно! Ничего здесь уже не изменить! Вот ты посмотри вокруг – ты что здесь хочешь перестроить? Горизонт? Облака? Как-то живём – и то хорошо! Не мужиков этих нужно воспитывать, а тебя!

– Но я же прав!

– Ну локально, может быть, и прав, Петя, а глобально нет!

– Значит, не будете принимать заявление?

– Не-а.

– Ясно, хорошего вам тогда дня!

– И тебе, Петюня, не хворать!

Натянув шапку, Петя выходит на улицу. Если приглядеться, несложно заметить, что всё в этом неуклюжем человеке имеет некоторый перебор. Губы его чуть больше, чем нужно, уши кажутся слишком оттопыренными.

Если вы попытаетесь нарисовать точный портрет Пети Павлова, вас либо сочтут гением, либо поставят двойку за неумение соблюдать элементарные человеческие пропорции.

Снег усиливается и встаёт стеной. Парень смотрит теперь на расставленный по горизонту городок. Угрюмыми декорациями открываются Пете асимметричные деревянные дома частного сектора и гротескно выпячивающие себя панельки, где сосед соседу и сокамерник, и надзиратель.