Господа офицеры

Его приказание было исполнено тотчас: двое спешились, бесцеремонно обыскали Олексина, отобрав револьвер и документы.

– У него неплохая игрушка для скотовода, – сказал один из них, передавая вещи предводителю.

– Я не понимаю… – начал было Василий Иванович.

– Молчи, пока не спрашивают! – грубо перебил старший. – Вопросы задаю я. Чей это скот?

– Мой.

Всадники зашумели. Предводитель поднял руку:

– Допустим. Почему же твои погонщики бросили его и ускакали, увидев нас?

– Не знаю. Я купил этих бычков сегодня утром.

– Он купил их сегодня утром, сэр! – громко сказал главарь.

Из-за его плеча выдвинулся прилично одетый господин с озабоченным и, как показалось Олексину, интеллигентным лицом, украшенным аккуратной черной бородкой.

– У кого вы купили бычков?

– Не знаю. Я…

– Какое на них тавро?

– Не знаю.

– Он ничего не знает, сэр! – весело перебил предводитель. – Встряхните ему мозги, ребята.

Василия Ивановича с силой ударили в лицо, в живот, снова в лицо и снова в живот.

Он упал на колени, оглушенный болью и ощущением полнейшего бессилия.

– За что? – крикнул он, размазывая кровь. – Я действительно ничего не знаю! Даже собака должна знать, за что ее бьют!

– На этих бычках мое тавро, – негромко сказал господин с бородкой. – Стрела с поперечиной. Вы утверждаете, что купили их?

– Клянусь вам. Я купил их вчера вечером по тридцать семь долларов за голову с уплатой двух третей чеком на предъявителя и одной трети золотом по доставке гурта на место.

– Складно врет! – крикнул какой-то парень. – Чек на предъявителя!

Старшие совещались. Потом господин с бородкой спешился, подошел к все еще стоявшему на коленях Олексину и достал карманную Библию.

– Поклянитесь на Святом Писании, что говорите правду.

– Я даю вам честное слово.

– Поклянитесь именем Господа.

Василий Иванович молчал, сосредоточенно счищая кровь с клочковатой и реденькой русой бородки.

– Клянись, парень, – сказал главарь.

 – Если это так, ты виноват только в скупке краденого. Мы сдадим тебя шерифу – и дело с концом. Чего ты ждешь?

– Я не могу, – тихо сказал Олексин. – Поверьте, я говорю правду и только правду, но я не стану клясться на Библии. Я не верю в Бога и не могу пойти против собственных убеждений.

– Не веришь в Бога? А кто же после этого будет верить тебе?

– Люди.

– Люди чтут закон и не воруют скот. Ты нарушил людской закон и будешь вздернут.